Наши земляки

Тормасов Александр Петрович

Тормасов Александр Петрович 1752—1819 гг.

В 10 лет был определён пажом к Высочайшему Двору, а в 1772 вступил на воинскую службу поручиком в Вятский пехотный полк. С 1784 стал командовать Александрийским легкоконным полком, получив чин полковника.

Замеченный Потёмкиным, он был командирован в 1782 г. в Крым, для усмирения бунта татар. В начале 2-й турецкой войны (1787—1792 гг.) находился в екатеринославской армии. В 1791 г., командуя конной бригадой, произвел удачный поиск за Дунай к Бабадагу, а 28 июня принял видное участие в Мачинском сражении, начальствуя конницею левого крыла. Получил чин генерал-майора. Награждён 18 марта 1792 орденом св. Георгия 3-го кл. № 95

Во 2-ю польскую войну нанёс, с несколькими легкоконными полками, поражение неприятелю при мст. Мобар, а 28 сентября 1794 г., в сражении при Мациовицах, командовал левым флангом главных сил. При штурме Праги (пригорода Варшавы) вёл одну из колонн. В 1798 г. получил чин генерал-лейтенанта, а в 1801 генерала-от-кавалерии.

 

При царе Павле I в 1799 году исключен из службы, но в 1800 г. вновь назначен командиром л.-гв. конного полка. В 1803 г. назначен киевским ген.-губернатором, в 1807 г. — рижским, в 1808 г. — главнокомандующим в Грузии и на Кавказской линии. Прибыв к своему посту в феврале 1809 г., Тормасов нашёл дела в затруднительном положении: Турция и Персия готовились к вторжению в наши пределы, Имеретия и Абхазия были в восстании, Дагестан был к тому близок, а в распоряжении главнокомандующего имелось не более 42 тыс. войск.

Тормасов обнаружил неутомимую энергию, способность направлять действия своих войск и умение выбирать исполнителей. Благодаря этому, успех постепенно склонился на сторону России. Взяв крепость Поти и устранив тем самым влияние турок на Абхазию и Имеретию, Тормасов водворил в них спокойствие; в Дагестане подавлены были попытки к восстанию


В Отечественную войну 1812 года Тормасов командовал 3-й обсервационной армией (, предназначенной для сдерживания Австрии. Против Тормасова был направлен сначала Шварценберг, потом Ренье, с саксонским корпусом. 1 июля Тормасов, оставив корпус Сакена для охранения Волыни и для связи с дунайской армией, а ген.-майора Хрущева (драгунская бригада и 2 казачьих полка) во Владимире-Волынском, для обеспечения границ со стороны Галиции и Варшавского герцогства, сам, с главными силами, двинулся против фланга и тыла французских войск, наступавших от Бреста к Пинску против Багратиона 24 июля часть армии Тормасова захватила Брест; 27-го был разбит и положил оружие саксонский отряд в Кобрине после того Тормасов занял Пружаны. Победа эта имела важное нравственное значение как первый успех в период отступления русских армий. За неё Тормасов получил 28 июля 1812 в награду орден Св. Георгия 2-го класса № 43

Из- за придворых интриг Вскоре командование над соединёнными армиями перешло к царскому любимцу адмиралу Чичагову, а боевой генерал Тормасов был отозван в главную квартиру, где на него возложили внутреннее управление войсками и их организация. Тормасов участвовал в сражениях под Малоярославцем, Вязьмой, Красным и с главной армией перешёл границу империи в декабре 1812 года. Когда Кутузов, за болезнью, остался в Бунцлау, Тормасов временно принял главное командование над армией.Вскоре расстроенное здоровье заставило его просить увольнения; он был назначен членом Государственного Совета, а в 1814 г. — генерал-губернатором Москвы. 30 августа 1816 г. получил графское достоинство. В 1819 году умер и похоронен в Москве в Донском монастыре.

Как же выдающийся полководец стал норским помещиком. А.П.Тормасов унаследовал ярославские земли в 1789 году после смерти  отца, его сын Александр вступил во владения в 1819. Сын блистательного генерала служил в Санкт – Петербурге камер – юнкером при дворе его императорского величества, был чиновником в Министерстве иностранных дел. Вел Александр Александрович бесшабашную «гусарскую» жизнью, семьи не имел. Трагедия произошла 31 марта 1839 года. Последний граф Тормасов пустил себе пулю в лоб.

Из трёх сестёр Александра Петровича две были бездетными, старшая имела дочь. Земли передавались по мужской линии, но мужчин рода Тормасовых к этому времени не осталось. Его единственный дядя, действительный статский советник Тормасов Петр Петрович  скончался (1757-1831), сын  советника умер холостым и дочери  – Клеопатра и София начали тяжбу о передаче им родовых земель.   Пять лет длилась тяжба.

После смерти сестры Софьи в 1852 году Клеопатра Петровна завещает эти земли своей племяннице Елизавете, году. Елизавета вышла замуж за штаб-ротмистра Павла Ивановича Сназина и, незадолго до этого, императором было разрешено в память о доблестном полководце, именоваться ему Сназиным-Тормасовым. Судя по найденным в архиве документам, владели Сназины землями до 1868 года, затем продали богатой норской помещице Е.И.Тюриной.


Курочкин Георгий Иванович

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Биография

Георгий Иванович Курочкин родился 2 апреля 1875 года в Норском посаде Ярославского уезда Ярославской губернии в небогатой мещанской семье. Учился в сельской школе Норского посада, затем в Рыбинской гимназии, в одном классе с будущим академиком А. А. Ухтомским, с четвёртого класса которой зарабатывал себе на жизнь и учёбу репетиторством и уроками.

В 1893 году поступил на Медицинский факультет Московского университета. На пятом курсе сопровождал во Францию больного туберкулёзом сына ярославского губернатора Б. В. Штюрмера, занимался там в больницах изучением костного туберкулёза у Менара и Кало.

В 1900 году окончил университет и устроился работать в Вощажниковскую сельскую земскую больницу Ростовского уезда Ярославской губернии. Через год возвратился в Норский посад, где стал работать амбулаторным участковым врачом.

В 1911 году утверждён в должности Ярославского уездного земского санитарного врача. В 1911 году опубликована его первая статья «Отчёт о постановке медицинского дела в Ярославском уезде». В 1914 году, с образованием губернского санитарного бюро, в ведение Курочкина переходят также Даниловский и Любимский уезды. Находясь на этой должности активно занимается проблемой доступности медицинского обслуживания для населения: налаживание сети врачебных участков, строительство новых больниц. Также Курочкин в эти годы читает курс гигиены в Норском городском училище.

В 1914 году призван в армию. Занимается организацией госпиталя для раненых в Ярославле, затем работает старшим ординатором Ярославского военного лазарета. В 1917 году, по его личной просьбе, отправлен на фронт членом санитарного совета 5-й армии. В 1918 году был эвакуирован и прикомандирован к Киевскому лазарету Красного Креста; вскоре вернулся в Ярославль, где работал уездным санитарным врачом при уездном исполкоме.

В 1920 году назначен заведующим санитарно-профилактическим подотделом Ярославского губздравотдела. Активный участник борьбы с эпидемией сыпного тифа. В дальнейшем занимается становлением коммунальной санитарии, охраной материнства и младенчества, санитарно-просветительной работой (по его инициативе в городе открыт первый в стране Дом санитарного просвещения), переустройством сельской медицины. Участвует в разработке проектов и контроле за строительством новых больниц, санаториев, диспансеров, детских яслей. Одновременно ведёт занятия на рабфаке, в медицинском и химическом техникумах, в педагогическом институте. В 1926 году издана его книга «Движение населения Ярославской губернии за последние годы в связи с мероприятиями по здравоохранению».

После расформирования Ярославской губернии и её отдела здравоохранения работает на Ярославском резино-асбестовом комбинате, а позднее на выделившемся из него Ярославском шинном заводе: врачом социально-бытового сектора, затем руководителем отдела благоустройства, заведующим станцией оздоровления труда, заведующим смотровым пунктом.

Заслуженный врач РСФСР. В 1957 году оставил работу. Умер 23 июня 1958 года

Ярославский литературовед М. Г. Ваняшова сделала предположение, что Курочкин мог являться одним из прототипов доктора Живаго Б. Л. Пастернака.

Литературное наследие

Будучи большим любителем театра написал ряд статей и воспоминаний о театральных встречах в Москве и Ярославле. Также автор трёхтомных мемуаров, статей о литературе. Оставил архив, ценный краеведческими материалами. В 2005 году очерки Курочкина «Праздники и быт на моей родине в Норском посаде, по воспоминаниям детства и ранней юности» и «Воспоминания о семье Смирновых» составили половину книги «Моя родина — Норский посад», вышедшей в издательстве А. Рутмана.

В 2007 году благодаря М. Г. Ваняшовой вышла книга «Театрал из Норского посада», включающая значительную часть литературного наследия Курочкина: «Хроника семьи Курочкиных», «Праздники и быт на моей родине в Норском посаде (по воспоминаниям детства и ранней юности)», «Культурная жизнь московского студента в конце прошлого века», «Дом и быт М. Н. Ермоловой», «М. Н. Ермолова (по личным воспоминаниям)», о встречах с Л. Н. Толстым, К. С. Станиславским, письма к Г. И. Курочкину академиков А. А. Ухтомского, А. А. Абрикосова, артистов В. И. Качалова, Е. Д. Турчаниновой, В. Н. Рыжовой, писательницы и переводчицы Т. Л. Щепкиной-Куперник. Воспоминания Курочкина были использованы при воссоздании сначала музея-квартиры, а позднее и дома-музея М. Н. Ермоловой в Москве.

Источники

  1. Колодин Н. Н. Ярославский доктор Живаго [Курочкин Г. И.] // Ярославские эскулапы. — Ярославль: Канцлер, 2008. — Т. 1. Земцы. — С. 148-164. — 376 с. — (Этюды о былом). — 150 экз. —
  2. Моя родина — Норский посад: сборник. — Ярославль: Издательство Александра Рутмана, 2005. — 430 с. — (Граждане Ярославля).
  3. Курочкин Г. И. Театрал из Норского посада: воспоминания, страницы из дневника, письма к Г. И. Курочкину / [предисл., подгот. текстов, сост., коммент. М. Г. Ваняшовой]. — Ярославль: Рыбинский Дом печати, 2007. — 349, [2] с. — 700 экз

Литература

  • Моя родина — Норский посад: сборник. — Ярославль: Издательство Александра Рутмана, 2005. — 430 с. — (Граждане Ярославля).
  • Курочкин Г. И. Театрал из Норского посада: воспоминания, страницы из дневника, письма к Г. И. Курочкину / [предисл., подгот. текстов, сост., коммент. М. Г. Ваняшовой]. — Ярославль: Рыбинский Дом печати, 2007. — 349, [2] с. — 700 экз.
  • Колодин Н. Н. Ярославский доктор Живаго [Курочкин Г. И.] // Ярославские эскулапы. — Ярославль: Канцлер, 2008. — Т. 1. Земцы. — С. 148-164. — 376 с. — (Этюды о былом). — 150 экз. — I

Дело Курочкина живёт, но пока не побеждает

Татьяна ЕГОРОВА              Северный край — 19 июля 2008

От прежней Лесной площадки ничего не осталось, кроме большого дуба во дворе. Галина Павловна Федотова помнит его с детства и иногда навещает. Рядом с ним стоял дом, где жил дед, родной брат её бабушки Георгий Иванович Курочкин, память о котором хранится не только в семье, но и в Ярославле с недавнего времени оживает тоже.

Георгий Иванович Курочкин (1875 – 1958) оставил интереснейшие воспоминания о Норском, где прошли его детство и юность, он дружил с артистами Малого театра, запросто бывал в гостях и много лет переписывался с Марией Николаевной Ермоловой. Его недавно изданные записки называются «Театрал из Норского посада» (см. «Северный край» за 21 июня с. г.). Но прежде всего он был врачом. Врачом-гигиенистом. Выпускник медицинского факультета Московского университета, он, говоря современным языком, стал одним из первых санитарных врачей в Ярославской губернии. Эта сторона наследия старого доктора до сих пор остаётся малоизвестной.

Тем более было интересно поговорить с Галиной Павловной, которая не только помнит деда, но и унаследовала его профессию. Она тоже врач, заведует информационно-аналитическим отделением федерального государственного учреждения «Центр гигиены и эпидемиологии Ярославской области».

Домик, рассказывает она, был одноэтажный, на две квартиры, с разными входами. А из их квартиры ещё выход в палисадник: в семье шутили, что это очень удобно для революционеров.

Георгий Иванович жил здесь с младшей сестрой Агнией Ивановной, муж которой умер ещё до войны, а сын Алёша погиб на фронте. Хозяйство вела домработница Аннушка, вывезенная в своё время из Норского, воспитавшая Алёшу и ставшая фактически членом семьи.

Когда родилась Галина Павловна, её прямо из роддома принесли тоже сюда. У Федотовых были все в эвакуации, в квартире холодно, а у Курочкиных тепло.

Деда Галя очень любила. Ему уже перевалило за семьдесят, но он всё ещё работал. Очень уставал и вечерами уходил пораньше в свой отгороженный занавеской закуток. Никакого кабинета у него не было – много книг, и всё.

– Я выросла на его библиотеке. Полки от пола до потолка. Маленькой я долго болела, и мне читали вслух, пока брат наконец не сказал: «Ты все буквы знаешь. Лежи и читай сама». Дед кивнул: «Вот твоя нижняя полка». Когда я её всю прочитала, указал на полку повыше. Я, конечно, в указанных рамках не осталась, полезла во взрослые книги. Лет девяти увлеклась почему-то перепиской Сталина с Черчиллем и Рузвельтом. В ответ на вопросы деда шпарила из неё целыми кусками – память у меня была отличная. Он, надо отдать ему должное, не посмеялся. Дед сам был человеком неординарным.

 

В молодости в клиниках Франции изучал возможности борьбы с костным туберкулёзом. Позже увлекся новой тогда наукой – экологией здоровья и среды обитания. В начале 1900-х годов разработал план широко разветвлённой сети медицинских учреждений, чего в России тогда ещё не существовало. Стал первым земским санитарным врачом Ярославского уезда, потом в его ведение отдали Даниловский и Рыбинский уезды, образовали губернское санитарное бюро под его началом.

В 1920-х годах он занимался такими новыми тогда проблемами, как коммунальная санитария, охрана материнства и младенчества, санитарно-просветительская работа. Был командирован на два месяца в Бельгию, откуда привёз твёрдое убеждение, что о личной гигиене мало вежливо напоминать, её народу надо навязывать.

После того как в 1930 году Ярославль был отнесён к Ивановской области, Яргубздрав­отдел со всеми относящимися к нему службами ликвидировали. Курочкин перешёл на строящийся резинокомбинат. Георгий Иванович к тому времени уже заметная фигура в городе, в течение десяти лет член Ярославского горсовета. Новая должность означала, что ему отводилась важнейшая роль в гигантской стройке общесоюзного масштаба.

Все объекты резинокомбината (а это шинный завод, кордная фабрика, завод асбестовых технических изделий) сдавались под его врачебным контролем. Он рассматривал и согласовывал проекты вентиляции, отопления, освещения, душевых, занимался спецодеждой и охраной труда. Речь шла, заметим, о химических производствах, многого о которых ещё не знали. Выручал широкий научный кругозор, основы которого были заложены в университете, где он слушал лекции Тимирязева, Сеченова, Вернадского, отца русской авиации Жуковского. При всём при том Георгий Иванович оставался врачом-гигиенистом в самом исконном значении этих слов.

– Дед говорил: «Мой любимый объект на резинокомбинате – баня».

Курочкин занимался строительством больниц, детских садов, яслей. Социальные объекты строились в комплексе с производственными. Клуб «Гигант», фабрика-кухня впечатляли. А жилые дома в начале нынешнего проспекта Ленина обозначили новый этап в застройке города. Это были первые, как тогда говорили, «квартирные дома» – не бараки! В коммуналки они превратились позже. Дома не для специалистов, как в Бутусовском посёлке, а для рабочих. Дома, снабжённые удобствами, невиданными тогда в Ярославле: центральным отоплением, канализацией – всем, кроме горячей воды. И то потому, что раковины и унитазы ставили фаянсовые, высокой температуры они просто не выдержали бы. Но туалеты функционировали!

Георгий Иванович придавал этой непарадной стороне жизни очень большое значение и с гордостью цитировал домашним услышанную где-то поговорку: «Бутусов по квартирам, Курочкин по сортирам».

 

– Тем не менее, основная часть города продолжала, как он говорил, унавоживать почву для грядущих поколений. Как бы он удивился и расстроился, узнав, что и мы через много лет так до конца и не победили эту проблему. Его родное Норское, Суздалка, другие массивы частной застройки в значительной степени и сейчас не имеют канализации. Сколько разных программ в городе, а программы канализации нет! – не скрывает эмоций Галина Павловна.

Она часто вспоминает деда по разным поводам. Если в его время причиной большинства болезней была антисанитария, то сейчас – загрязнение окружающей среды. Наука научилась побеждать туберкулёз, который в его молодости считался почти непобедимым, а с загрязнениями воды, воздуха по-настоящему не научились бороться. Потомки будут, наверное, удивляться нашему умению действовать во вред себе. Что хорошо видно на примере другого крупного предприятия города – НПЗ.

В течение нескольких последних лет Галина Павловна изучала его влияние на заболеваемость населения Ярославля. На состоявшейся в июне научно-практической конференции доклад, подготовленный ею совместно с академиком Владимиром Ивановичем Лукьяненко, прозвучал более чем тревожно.

– Результаты наших исследований, – излагает она суть, – однозначно свидетельствуют о том, что размещение Ярославского НПЗ в 1961 году на господствующей высоте, менее чем в трёх километрах от жилой зоны, без учёта «розы ветров», без достаточной санитарно-защитной зоны создаёт на протяжении 45 лет опасность для здоровья населения, особенно детей.

Ясно, что когда принималось решение, мнение врачей было просто проигнорировано. Или те не проявили твёрдости. И вот факты.   Многолетними наблюдениями установлено, что рост заболеваний острыми респираторными вирусными инфекциями (ОРВИ) прямо связан с производством основных видов нефтепродуктов. Особенно это заметно на уровне растущей детской патологии. Органы дыхания являются первичной мишенью, вслед за ними поражаются другие: возникают хронические болезни миндалин, эндокринной системы, еще более страшные болезни.

В последние годы на предприятии осуществляются серьёзные экологические программы. Проблема в том, что причина многих заболеваний не в сегодняшнем дне, а в том, чем завод «наградил» население сорок, тридцать лет назад.

Фактически это заболеваемость второго-третьего поколения людей, родившихся и выросших при действующем НПЗ, утверждает Федотова.

Как ни странно, попыток исследовать на популяционном уровне влияние НПЗ на состояние здоровья и заболеваемость населения города до сих пор не делалось. Задача оценить его статистически была поставлена впервые. Выяснилось, что «вклад» НПЗ не единственный. Хоть он и составляет 63 процента, одновременно влияют и прочие факторы, их 37 процентов (другие предприятия, автомобили и т. п.). Статистический анализ помог составить прогноз, как будет расти заболеваемость при увеличении мощностей.

 

Галина Павловна внимательно следит и за исследованиями других специалистов, которые занимаются этой проблемой. Экология стала фактором, непосредственно влияющим на эффективность любого бизнеса, в том числе туристического. Коллеги из этой сферы обратили внимание на то, что выбросы с НПЗ «накрыли» всю зону исторического центра. Наихудшее состояние воздушной среды, по их данным, где бы вы думали? В районе Спасского монастыря и церкви Богоявления. Они предлагают поэтому размещать туристов в пригородных пансионатах и доставлять к нашим достопримечательностям на автобусах.

Наблюдения, подобные этим, не всем, конечно, нравятся. Вплоть до Февральской революции 1917 года Георгий Иванович Курочкин находился под негласным надзором полиции, на него было заведено досье в жандармском управлении. Да и в советское время неприятностей хватало и удавалось далеко не всё. Когда стало известно, что шинный завод собираются строить на месте Полушкиной рощи, Курочкин поехал к наркому здравоохранения Семашко, пытаясь доказать, что нельзя лишать Ярославль «зелёных лёгких». Но убедить не удалось. А вот эпопея, которую переживает Галина Павловна Федотова, сейчас в самом разгаре.

Усилиями московских чиновников Роспотребнадзора РФ в субъекты Российской Федерации сейчас «продавливается» компьютерная программа АС СГМ, предназначенная для оценки санитарно-эпидемиологического благополучия населения.

Как утверждает Федотова, тратить на неё миллионы бюджетных средств бессмысленно. Программа не даёт возможности получать достоверные отчёты. Она искажает реальную картину.

– Хотите пример? Ярославль в течение года по этой программе еженедельно занимает первые места по состоянию окружающей среды и инфекционной заболеваемости. Оценка: в городе «угрожающая» ситуация. Хотя никакой такой чрезвычайной ситуации в Ярославле нет. По итогам года тот же Ярославль, если судить по этой программе, оказывается по степени «угрожаемости» уже на 13 – 17-м местах. Абсурд! Каждую неделю мы были «двоечниками», а по итогам года оказались «четвёрочниками». Хуже того, это ведь значит, что другие территории, где ситуация действительно сложная и требует постоянного внимания, оцениваются как абсолютно благополучные!

Результаты такой «оценки» ежегодно публикуются в таблицах к государственному докладу по Ярославской области. Анализирует ли их кто-нибудь, кроме Галины Павловны? Она безуспешно сражается против этой программы уже шесть лет. Предъявляет свои аргументы её авторам, территориальному управлению Роспотребнадзора, московским защитникам.

Ярославль из-за недостатка полной информации оказался на 76-м месте в России по социально-гигиеническому мониторингу. Галина Павловна не может с этим смириться. И как специалист, и как «коренная жительница Ярославля», как она всегда подчёркивает.


Летописец Норского посада

Северный край.- 6 июля 2001                      Андрей Солеников

Эта трехтомная книга пока существует всего в двух экземплярах. Искусно переплетенные, пожелтевшие от времени машинописные страницы иллюстрирова­ны старинными фотографиями.

Автор этой летописи Норского посада повествует о трудах, быте, нравах, буднях и праздниках, близ­ких и дальних родственниках, друзьях разветвлен­ного рода своих предков Курочкиных от родоначаль­ника — государственного крестьянина Федора Серге­евича, умершего в 1821 году, до его праправнуков, живших в только что минувшем веке, то есть более чем за 120 лет.

А его собственный портрет — первого главного са­нитарного врача Ярославской губернии Георгия Ива­новича Курочкина — я увидел в рамке под стеклом на стене в одном из отделов Ярославского центра Госсанэпиднадзора, которым руководит внучатая пле­мянница норского летописца по женской линии Га­лина Павловна Федотова.

Родовое древо

Идея написать историю сво­его рода возникла у молодого земского участкового врача, когда два года спустя после окончания медицинского фа­культета МГУ, проработав зем­ским врачом в Вощажникове, он в 1901 году вернулся в роди­тельский дом.

«В нашем большом норском доме, — пишет Георгий Ивано­вич, — по чуланам, в сундуках и на полках, а иногда и просто на чердаке за печным боровом мне удалось найти немало пожел­тевших от времени писем и до­кументов и толстых старинных духовных книг с короткими за­писями на корочках: кому такая книга принадлежит или кто, когда «с душой расстался». Са­мым ценным памятником того времени была старая тетрадь впростом переплете с записями моего деда Василия Арсеньеви­ча (род. в 1819 г., умер в 1875 г.)».

Изучая эти дедовы дневни­ки и письма, Георгий Иванович сумел составить родовое древо Курочкиных и его боковые вет­ви: Канатьевых — по первой жене прапрадеда Арсения Федорови­ча, Бобковых — по линии бабуш­ки Марфы, Новиковых — от дво­юродного брата деда. Затем в книгу вошли воспоминания дет­ства и отрочества, образы деда, бабушки, матери и отца, сосед­ских ребятишек, их родителей, учителей начальной школы. Ге­оргий Иванович умер в возрас­те 73 лет в 1958 году, будучи пер­сональным пенсионером. По-видимому, за год до смерти, продолжая работать в медсан­части шинного завода, Курочкин, придал своим записям вид окончательного самиздатовского трехтомника, копия которо­го хранится в областном архи­ве. Полная драматических и ра­достных событий история рода Курочкиных захватывает не меньше, чем популярный исто­рический роман, тем более что там все списано с реальной, не­выдуманной жизни.

Об авторе

Родился он там же, в Норском посаде, в 1875 году, став на­следником самой плодовитой из трех ветвей, оставшихся от ро­доначальника Федора Сергее­вича Курочкина. Прапрадед Арсений Федорович со своей многочисленной семьей жил в небольшом крестьянском доме в три окна и, как большинство норских посадских, ковал гвоз­ди в примитивной кузнице. Он умер в 40 лет. Дед летописца Ва­силий в 16 лет стал старшим кормильцем своих оставшихся в живых четырех братьев и сестер и решил заняться мелочной тор­говлей, коробейничеством. В 22 года он, торгуя в деревне Меленка за Волгой, повстречался с девушкой из семьи зажиточ­ных крепостных крестьян Боб­ковых Маврой Артемьевной. За нее и посватался. От этого бра­га было то ли 13, то ли 15 детей. Большинство из них умерли во младенчестве, и только четверо выжили и создали свои семьи.

Женитьба и рождение детей по­требовали более доходного промысла, нежели коробейничество. Василий Арсеньевич вкупился в артель, занимавшу­юся продажей щетины в Петер­бург и за границу, заплатив вкуп 4000 руб. ассигнациями. Ездил за товаром в поволжские и прикамские города, а спустя десять лет начал вместе с дядей Мироновым свое дело в Норском. После пожара в 1858 году семья переехала в старинный, построенный еще в 1807 году просторный и крепкий двухэ­тажный дом на берегу Волги.

В семье внешне был доста­ток, дед был членом Норской думы, нанимал работников, выдал замуж дочерей за состо­ятельных людей, через дочь Екатерину породнился даже с семьей купцов Понизовкиных.

На самом деле хозяйство при­ходило в упадок, рос долг сыну партнера Алексею Дементьевичу Миронову, ссужавшему род­ственника на закупку щетины из 10 процентов годовых.

В дневниках деда Георгий Иванович обнаружил и причи­ну разорения. Алексей Дементьевич обманывал не слишком сильного в математике род­ственника и брал 10 процентов не с занятых им денег, а с то­варной стоимости закупленной щетины. В результате долг рос тем более, чем крупнее были закупки. К тому же с 33 лет дед пристрастился к алкоголю. «Он и умер в 59 лет от водянки живота, — записано в хронике, — вследствие алкоголизма».

После смерти деда дела и долги принял на себя отец Ге­оргия Иван Васильевич. Он женился на крестьянке с окра­ины Ярославля Екатерине Алексеевне. Вместе они торго­вали в мелочной лавке, а ба­бушка Мавра Артемьевна за­нималась домом,скотиной и огородом. Георгий Иванович был первым из четырех детей, выживших после родов. У отца родились 13 детей, а до взрос­лого возраста дожили только 7. Зато в живых остались самые крепкие и выносливые. И Геор­гий Иванович, и его младшие братья Николай, Василий, Бо­рис отличались высоким рос­том и статью, красивы были и дочери.

Университеты

Как самое счастливое вре­мя описывает Георгий Ивано­вич свое беззаботное детство в Норском, бесконечное купание в Волге, рыбалку, зимой ката­ние на санях, поездки к родным в Рыбинск и к Понизовкиным в Заволжье, церковные празд­ники в Толгском монастыре, веселые ярмарки. После окон­чания сельской школы в Норс­ком родители отдают его в гим­назию в Рыбинск.

Уже с 4-го класса он зара­батывает средства на жизнь ре­петиторством, учится хорошо, с жадностью поглощая науки, знакомится с однокашником, своим ровесником, будущим академиком физиологом Алек­сеем Ухтомским.

В 1893 году Георгий Ивано­вич уже в Москве на медицинс­ком факультете МГУ. Судя по дневникам, его не очень привле­кают размножившиеся в сту­денческой среде политические кружки. С большим интересом вникает в науки. Его кумиры в эти годы — И. Сеченов, К. Тими­рязев, В. Вернадский.

Годам студенческой жизни Георгий Иванович посвятил отдельный том. Воспоминания наполнены восторгами от мос­ковских театров. Москва сдела­ла из провинциального робко­го паренька широко образован­ного, по-настоящему интелли­гентного человека. Он, как мно­гие увлеченные театралы, не ог­раничивается посещением спек­таклей, близко знакомится с ак­терами, драматургами, крити­ками. В его архивах сохрани­лись письма М. Ермоловой, В. Рыжовой, В. Качалова, пере­водчицы Т. Щепкиной-Куперник. Впоследствии любовь к те­атру проявилась по-особому. Курочкин создал любительс­кий театр в Норском, а затем был членом общественного со­вета Волковского театра.

Впрочем, революционные настроения не миновали и авто­ра хроники.

«В 1894 году, когда я был на втором курсе, в нашем универ­ситете вспыхнули довольно крупные волнения с последую­щими арестами и высылками студентов. 42 профессора во главе с Тимирязевым выступи­ли с протестами против адми­нистративных репрессий; за это всем им министр просвещения «поставил на вид неправиль­ность их поступков» и вынес «порицание их образу действий».

Подробно описывает Курочкин трагедию Ходынки 18 мая 1896 года в день корона­ции Николая П. «Давка полу­чилась такая, что толпа при­подняла казака с лошадью. В 6 часов утра на трибуне, на ко­торой днем должен был по­явиться царь со свитой, кто-то махнул шапкой, толпа приня­ла это за какой-то сигнал, ша­рахнулась на линию будок с подарками и за нее, и там быс­тро оказались кучи бесформен­ных тел. Число погибших определя­ли в 2 тысячи человек. До 4 ча­сов дня возили трупы на ломо­виках в город, из-под рогож виднелись окровавленные го­ловы и ноги».

Отдельную часть воспоми­наний, по-видимому, составля­ли воспоминания о Франции, которую Курочкин посетил, сопровождая в 1898 году тубер­кулезного больного. Это был сын бывшего ярославского гу­бернатора Штюрмера.

Во Франции Курочкин про­был почти год, изучая опыт ле­чения костного туберкулеза. Сдав экзамены с отметкой в ат­тестате «лекарь с отличием», Курочкин не без труда устраи­вается в Вощажникове. В сель­скую земскую больницу его привлекали неплохие условия: заработок 100 руб. в месяц, из них 25 руб. за квартиру с пол­ным пансионом. «Вощажниково было большим торговым се­лом, — записывает Курочкин в дневник. — В двухэтажном бре­венчатом, почерневшем от времени здании помешались больница, амбулатория, квартира многодетного фельдшера и акушерки… В базарные дни амбу­латория пропускала с повторными (больными. — А. С.) до 150 человек, ожидалка с аптекой были целый день битком наби­ты.

Зимой больные сидели и стояли в шубах, терпеливо ожи­дая своей очереди, ребятишки у матерей плакали и пищали, было жарко, воздух тяжелый. Работать было крайне трудно. Прием кончали в шестом часу, и я домой возвращался совер­шенно разбитый».

В первые же дни Курочкина вызвали к больному кресть­янину за 10 верст. Посланный сказал: «Лежит в жару л нога покраснела и почернела, раз­несло всю». Георгий Иванович поехал, у крестьянина оказалась, к сча­стью, не гангрена и не флегмо­на, а распространенное тогда заболевание — рожа. «Лечили мы ее тогда свинцовой примочкой и ихтиолом. Я не один раз навешал больного, и много было радости, когда он выздоровел».

Но в свободное время молодой врач скучал без московских театров, без друзей. «Компания на селе обычная: местный свя­щенник, один или два учителя, вот и все. Изредка в этой ком­пании преферанс «по малень­кой» и выпивка с закуской. Иногда выступление на воскресных «народных чтениях» с беседой об эпидемиях с диапо­зитивами». Через год Курочкин пере­шел амбулаторным врачом к себе в Норское и снова зажил в отцовском двухэтажном доме на берегу Волги.

Во главе санитарной службы

Но работа участкового вра­ча уже не доставляла Георгию Ивановичу удовлетворения. На съезде земских врачей в Ярос­лавле, слушая доклады о поло­жении дел в губернии, он при­ходит к мысли о необходимос­ти профилактики заболеваний, организации санитарного про­свещения населения. Об этом он подает докладную записку в уездное земское собрание.

Доводы Курочкина оказа­лись убедительными. Вопреки существовавшему тогда порядку все реорганизации начинать сверху, с губернских учрежде­ний, земство рискнуло органи­зовать самостоятельно санитар­ную службу и утвердило Геор­гия Ивановича на должность ярославского уездного земско­го санитарного врача. В 1911 году Г. И. Курочкин издает свой первый научный труд «От­чет о постановке медицинского дела в Ярославском уездном земстве».

В 1914 г. с образованием гу­бернского санитарного бюро в ведение Курочкина отдают еще два уезда — Даниловский и Любимский. По его докладу земс­кое собрание принимает реше­ние в течение 10 лет превратить все амбулаторные сельские уча­стки в больницы, и до августа 1914 года было построено три больницы и начато сооружение

еще двух. Причем Георгий Ивано­вич принимает участие и в их про­ектировании, и в строительстве.

Войну он встречает в долж­ности старшего ординатора Ярославского военного лазарета. Долго просится на фронт. И в 1917 году едет в пятую армию под Двинск.

Во время окружения Двинска в 1918 г. вместе с госпита­лем попадает в немецкий плен. Но ненадолго. Пленников вы­ручает Красный Крест. В его со­ставе он еще несколько месяцев в Киевском лазарете и только оттуда возвращается домой в сожженный во время восстания Ярославль.

На пепелище города в 1919 году вспыхивает страшная эпи­демия сыпного тифа. Георгий Иванович борется с эпидемией, ежедневно подвергая себя смер­тельной опасности заражения. Во время эпидемии в Соловьевской больнице жертвами тифа стали 19 врачей и среди них дво­юродный брат Курочкина Па­вел Степанович Новиков.

Вывозить умерших из боль­ницы было не на чем и некому. Говорят, что все 19 врачей по­коятся под обелиском в честь первого главврача В. Соловьева, во дворе первого корпуса больницы.

В 1920 году Курочкин стал губернским санитарным врачом. Тогда должность его называлась: заведующий санитарно- профилактическим подотделом  Яргубздрава. Это при нем в области появились новые виды   работы врачей: коммунальная санитария, охрана детей, охрана материнства и младенчества, санитарно-просветительная работа в школах и на производстве. Он родоначальник и пер­вый преподаватель курса экспе­риментальной и социальной гигиены в пединституте, на раб­факе, в медицинском и химичес­ком техникумах. Его активность простиралась и на мест­ную прессу.

21 августа 1925 года «Север­ный рабочий» опубликовал статью Курочкина о поездке в Бельгию. Он не без восторга пишет об успехах этой малень­кой страны, которая по площа­ди на одну десятую меньше Ярославской губернии. Его по­разило, как на такой маленькой территории фермеры Бельгии обеспечивают снабжение всеми сельскохозяйственными про­дуктами 7,5 млн. населения.

А в 1927 году по линии наркомздрава он едет в команди­ровку в Германию, об опыте немецкого здравоохранения пишет большую докладную за­писку в Наркомат. Его работа на посту санитарного главвра­ча губернии продолжается вплоть до ликвидации Яргубз­драва и создания Ивановской промышленной области. После этого до предпоследнего года своей жизни он работает вра­чом социально-бытового секто­ра на Ярославском резиноасбестовом комбинате, впослед­ствии — на шинном заводе.

После смерти норского ле­тописца родная сестра бабуш­ки Галины Павловны Федото­вой — Агния Ивановна Куроч­кина передала в областной ар­хив ценнейшее собрание его рукописей и статей, опублико­ванных в разное время в перио­дической печати и научных сборниках.

Поражает широчайший круг интересов — от истории ли­тературы и искусства до исто­рии родного Норского, описа­ний природы окрестностей, ха­рактеров земляков. Если бы не верность и преданность своему основному делу — медицине, то, наверное, Георгий Иванович смог бы стать незаурядным пи­сателем-историком. Но и в лю­бом случае письменное насле­дие врача достойно того, что­бы найти своего издателя.

 


Служили Горбуновы на границе…

Они были среди тех, кто первым встретил врага 22 июня 1941 года

Вплоть до 1990-х годов в Норском, а потом в Брагине жили супруги Горбуновы. Участники Великой Отечественной войны, они были в числе тех воинов Брестского гарнизона и их жён, кто встретил врага в самые первые минуты памятного утра 22 июня 1941 года.

Младший лейтенант Василий Николаевич Горбунов служил начальником 2-й заставы 17-го Краснознамённого пограничного отряда. Ряд подразделений этого отряда в числе других частей дислоцировались в Брестской крепости, другие стояли у самой государственной границы, протянувшейся вдоль реки Буг. Застава Горбунова размещалась в живописном месте у деревни Новосёлки.

В Норском не помнят, чтобы Горбунов рассказывал о пережитом. И лишь недавно стало известно, что воспоминания Василия Николаевича успел записать в своё время военный журналист и писатель Сергей Мартьянов. Воспоминания вышли в Минске в 1965 году. В том же году в Москве, в издательстве «Молодая гвардия», была опубликована документальная повесть Мартьянова «Первые залпы», в ней приведены факты из биографии Горбунова, любопытнейшие свидетельства о первых часах и днях войны и личные впечатления автора от встреч с этим незаурядным человеком. Книжка написана не с наскока. Автору, оказывается, удалось уговорить Василия Николаевича вместе поехать туда, где он принял свой первый бой, встретиться с ещё живыми тогда участниками тех событий.

Итак, вот что теперь мы знаем.

К началу войны Василий Горбунов служил на границе четвёртый год. С отличием окончил школу младшего комсостава и шестимесячные курсы младших лейтенантов, в 1939 году участвовал в освободительном походе по Западной Белоруссии.

В 17-м погранотряде Горбунов был самым молодым начальником заставы и носил самое младшее командирское звание. В его подчинении насчитывалось 60 человек. За год до того, летом 1940-го, он женился, привёз Машу к себе на заставу. Они родились и выросли в одной деревне Банево недалеко от Рыбинска. Вместе учились в школе, дружили. Маша окончила педтехникум и уже училась в Ярославском пединституте. Маше было 22, Василию – 24 года.

Поздним субботним вечером 21 июня пограничный наряд заметил, что какой-то человек на той стороне Буга прямо в одежде вошёл в воду и поплыл к нашему берегу. Фашистский патруль засёк его уже на середине реки и открыл автоматный огонь. Человек оказался жителем польского села, он стал уверять Горбунова, что немцы вот-вот начнут переправу: «Кажется, в четыре часа утра по вашему времени». Горбунов задал прямой вопрос: «А ты не врёшь? Может, они тебя подослали?»

Из воспоминаний Василия Горбунова: «Тот с горечью посмотрел на меня и ответил: «Я старый солдат русской армии, воевал с немцами ещё в 1914 году. Они завтра идут на вас войной. Вся Германия, верьте мне. Там остались моя семья, мои внуки…».

Горбунов попытался прояснить обстановку на соседней заставе, но телефонная связь оказалась нарушенной. Перерезанной, как выяснил наряд. За два часа до названного срока Горбунов на свой страх и риск поднял заставу в ружьё. Он понимал, что нарушает приказ, гласивший «не поддаваться провокациям», и всё-таки решил действовать так, как подсказывала совесть.

Пограничники каждый на своём посту замерли в тревожном ожидании. Перед самым рассветом из тумана выплыла большая резиновая лодка и направилась к нашему берегу. На носу – немецкий солдат с пулемётом, по бортам – шестеро автоматчиков, четверо солдат на вёслах, на корме – офицер. Граница проходила строго посередине Буга. Когда лодка пересекла её и сомнений в намерении гитлеровцев уже не оставалось, пограничники открыли огонь. Так завязался первый бой на заставе Горбунова.

Тем временем из-за Буга приближался и нарастал гул десятков самолётов. Ровно в четыре часа оттуда же взметнулись вверх красные ракеты – сразу в нескольких местах. Загрохотали орудийные залпы, но оглушающий гул самолётов перекрывал всё. Десятки машин с белыми крестами на крыльях сомкнутым строем летели на восток. Не успели они скрыться, как из-за Буга показалась вторая волна бомбардировщиков. Не утихала орудийная канонада. Всё слилось в оглушительный вой.

А в воду с того берега уже спускали огромные лодки, наводили понтоны, и по ним бежали солдаты в мышиных мундирах.

Застава стояла в самом центре Новосёлок. Ещё несколько недель назад Горбунов приказал соорудить здесь шесть блокгаузов-дотов. Это были мощные сооружения в несколько накатов брёвен, с амбразурами, ходами сообщений. Четыре блокгауза по углам двора, один у ворот и один позади заставы, у склада. Из них можно было вести огонь вдоль улиц и огородов, они укрывали бойцов от артиллерии и миномётов.

Артиллерийский обстрел пограничники переждали в блокгаузах. К семи утра у них не было ни одного убитого и раненого.

Между тем немцы уже продвигались по нашей земле, по ржаному полю шли пешим строем. Пограничники перебежали в окопы и по приказу Горбунова ждали его команды. Гитлеровцы шли в полный рост и наугад строчили из автоматов – человек сто пятьдесят против двадцати пограничников.

Подпустив их поближе, Горбунов скомандовал:

– Застава, огонь!

Немцы не выдержали. Остатки их, прячась во ржи, отошли к Бугу.

В тот день Машу, как ей показалось, разбудил гром. Передо мной её воспоминания, семь страничек, исписанных рукой Марии Ивановны Горбуновой много лет спустя. «На заставе из женщин я была одна. Ровно в 4 часа 22 июня 1941 года немцы обрушили шквал огня на нашу погранзаставу. Врасплох они нас не застали: пограничники были готовы к бою. Начался страшный бой. Застава дралась с захватчиками с 4 утра до 17 часов. Ждали подкрепления, но его не было… Я перевязывала раненых, оказывала им возможную помощь и поддержку. Муж был дважды ранен, контужен. Я легко ранена осколком в грудь».

В какой-то момент немцы сбросили в тылу заставы парашютный десант. По свидетельству военных, случай небывалый: против горстки пограничников, окружённых почти со всех сторон, бросать ещё парашютистов. Видно, очень мешали им эти пограничники. Кольцо вокруг остатков заставы Горбунова замкнулось.

Парашютистов оказалось человек двадцать. Пограничники пошли в контратаку, десант был уничтожен, но гитлеровцев становилось всё больше, подходили подкрепления, они снова атаковали… Замолкли пулемёты, у пограничников остались считанные патроны. Как пишет Мария Ивановна Горбунова, «силы были страшно не равны. Оставшиеся раненые пограничники отступили, оставив заставу, и я вместе с ними».

Из исторического формуляра 17-го пограничного отряда, размещённого уже в наше время в Интернете: 2-я пограничная застава младшего лейтенанта Горбунова потеряла более 40 человек. Уничтожив при этом (сопоставьте цифры!) до 300 фашистов.

Возле местечка Волчин – новая схватка с врагом, новые потери. Снова был ранен Василий Горбунов. Кто-то из товарищей волоком, на плаще вытащил его с поля боя – кто, он потом много лет вспоминал, да так и не смог вспомнить.

Из шестидесяти человек заставы Горбунова осталось семеро. Раненые и измученные, они шли на восток к своим. И добрались.

Подлечившись, Василий Николаевич Горбунов снова встал в строй. Участвовал в Сталинградском сражении и освобождении Одессы. С боями прошёл Болгарию, Югославию, Венгрию, Австрию, Румынию. После войны какое-то время служил в Берлине, вернулся на родину и оставался в армии ещё десять лет.

Писатель Сергей Мартьянов, который занимался историей 2-й заставы, долго разыскивал Горбунова. В апреле 1963 года они наконец встретились. Сергей Мартьянов записал свои впечатления от встречи. «Это был мужчина невысокого роста, узкоплечий, даже хрупкий на вид, с немодно повязанным галстуком, в широких брюках, какие теперь уже давно не носят. Ему сорок шесть лет, и на висках уже серебрится седина. Многое пришлось пережить на своём веку этому сдержанному, скупому на слова человеку. Часами мы бродили с ним в весеннем лесу, и я всё выспрашивал у него о Новосёлках, о первом бое, о пограничниках. Горбунов рассказывал ровным глуховатым голосом, окая. Он оказался человеком прямым, даже резким: что было, то было, а чего не было, того не было и нечего фантазировать».

Чрезвычайно драматично сложилась судьба Марии Ивановны Горбуновой. Недавно краеведы норской школы № 17 решили разузнать о ней подробнее. Девятиклассница Оля Желтова и её научный руководитель Наталья Александровна Русинова, которая возглавляет здешний музей, провели целое исследование, нашли документы, фотографии, записали рассказы тех, кто знал Марию Ивановну. В основе их работы – собственноручно написанные воспоминания самой Марии Ивановны, о которых я уже упоминала. Очень краткие, как она не раз подчёркивает, но за каждым словом, как говорится, целый роман.

«Во время боя под местечком Волчин я попала в плен. В Волчине меня пихнули в подвал, где уже сидели жёны пограничников с других застав с детьми. Бои удалялись дальше, а мы остались. Я вернулась туда, где была 2-я застава. Не хотелось верить, что Красная Армия не вернётся. Квартиру нашу немцы разграбили, меня приютила одна женщина».

Гитлеровцы гнали за Буг толпы пленных. В польском селе за Бугом напротив Новосёлок теперь был лагерь военнопленных. Начались побеги. Мария с одним местным жителем помогала нашим солдатам переправляться через Буг, доставала им еду и одежду.

В лесу стали формироваться партизанские группы, их добровольные помощники добывали в окрестностях Новосёлок оружие, карты, ночами с помощью самодельного приёмника слушали Москву. Мария стала партизанской связной.

В июне 1942 года её схватили жандармы и отправили в концлагерь. Там гоняли на дорожные работы: камни били вручную, разбитые в кровь ладони не заживали. Потом бросили в Брестскую тюрьму, чудом Марии удалось бежать. Голодная, изнурённая, она попала в лесу к партизанам. В отряде занималась разведкой, добычей оружия и питания.

Во время одной из стычек с врагами недалеко от местечка Дмитровичи группа оказалась в окружении. Вместе с двумя товарищами Марию бросили в подвал, а на следующее утро вывели на расстрел. «Были собраны местные жители, стояли жандармы с лопатами. Мы готовились к смерти». Но приказ стрелять не прозвучал. На другой день всё повторилось. Пытки расстрелом продолжались больше недели.

Немцы продвигались всё дальше на восток и арестованными уже не так интересовались. Вместе с местной молодёжью Машу вывезли на работу в Германию. Она работала в поле у бауэра, доила коров, помогала чем могла нашим военнопленным. Бежала. Поймали. Посадили в одиночную камеру как русскую парашютистку. Допрашивали, били.

В феврале 1945 года её освободили наши войска. Она вернулась на родину.

А в 1955 году случилось невероятное: Марию нашёл муж Василий Николаевич Горбунов, с которым она не виделась четырнадцать (!) лет и которого считала погибшим. Как и он её.

Началась новая жизнь – мирная. В семье росли два сына. В 1956 году Ярославский кирпичный завод № 1 выстроил для заводских ребятишек детский сад, и Марию Ивановну пригласили стать заведующей. Выйдя на пенсию, Мария Ивановна работала на Норском керамическом заводе, по просьбе кадровиков которого и написала свои воспоминания. Оттуда рукопись была передана в библиотеку-филиал № 7 посёлка Норское, дальше – в школу.

Мария Ивановна награждена двумя медалями – «За боевые заслуги» и «За победу над Германией». 9 мая 1983 года Брестскому пограничному отряду исполнилось 60 лет, и супругов Горбуновых в числе других, оставшихся в живых, наградили знаком «Ветеран 17-го Краснознамённого пограничного отряда». Через десять лет Мария Ивановна поехала на новую юбилейную встречу, но уже одна, Василий Николаевич умер. В 2002 году не стало и её самой.

Интересно, что их младший сын Борис с семьёй уехал в своё время жить в Брест, на ту землю, которую защищали его родители.

 


Горбунов В.Н. — защитник Брестской крепости

Из книги Кисловского Ю.Г. Заставы принимают бой.

2-я пограничная застава, на участке которой был задержан немецкий военнослужащий, сообщивший о времени нападения фашистов, была поднята по тревоге за час до вторжения врага. Начальник заставы младший лейтенант

  1. Н. Горбунов отдал пограничникам приказ занять огневые позиции. Поэтому, когда враг, обрушив на заставу огонь артиллерии и минометов, уничтожил здание заставы, личный состав ее не пострадал. [45]

Одновременно с обстрелом фашисты попытались под прикрытием дымовой завесы форсировать реку Буг. Об этом сообщил на заставу усиленный пограничный наряд под командой пулеметчика Чугреева, который нес службу на правом фланге заставы. Начальник заставы выслал наряду помощь и в течение часа пограничники сдерживали врага. Однако фашистам все-таки удалось, прикрываясь дымовой завесой, форсировать Буг и начать наступление на деревню Новоселки, где дислоцировалась застава. Прибывшие для поддержки начальник штаба комендатуры капитан Кондратьев и заместитель коменданта по разведке капитан Рындя совместно с начальником заставы организовали уничтожение переправившейся роты противника. Более 70 гитлеровцев остались на берегу Буга, сраженные метким огнем пограничников.

С первых минут боя на заставе был организован медпункт, где жена младшего лейтенанта Горбунова, Мария Ивановна, оказывала помощь тяжело раненным, раненных легко она перевязывала на огневой позиции.

Когда в 12 часов на заставу прибыл комендант участка капитан Величко, застава вела бой в окружении, часть пограничников сражалась на окраине деревни, а группа под командованием политрука Л. П. Горбачева вступила в бой с вражеским десантом численностью до 30 человек. В боевой характеристике действий пограничных застав говорится: «В 18 часов 22 июня начальник заставы получил приказ от коменданта участка прорвать кольцо, вывести заставу и отходить к комендатуре. Начальник заставы Горбунов отдал приказ на прорыв вражеского кольца. Станковый и ручной пулеметы открыли огонь по автоматчикам, засевшим на мельнице. Огонь автоматчиков был подавлен. Застава начала отходить в направлении м. Волчин. Застава вела бой с противником в районе деревни Новоселки в течение 14 часов. За это время враг потерял более 300 человек убитыми и ранеными».

Однако поредели и ряды пограничников. На пути движения им не раз приходилось вступать в бой с фашистами, и к своим прорвались лишь семь человек — начальник заставы младший лейтенант В. Н. Горбунов, заместитель политрука М. Д. Зинин и пять бойцов.

Из книгиР.С.Иринархов Западный особый… Минск, Харвест, 2002

2-я застава младшего лейтенанта Горбунова и 3-я застава лейтенанта ПА. Михайлова отбили несколько атак врага, держались до 18 часов;

 


Защитница Бреста — Горбунова Мария Ивановна

Автор: Русинова Наталья Александровна, руководитель историко-краеведческого музея МОУ СОШ № 17

Х11 Городской конкурс исследовательских краеведческих работ учащихся

«Отечество»

Секция «Великая Отечественная война»

 

 

 

 

Защитница Бреста — Горбунова Мария Ивановна

(1918-2001)

                                  Исследовательская работа

 

 

 

                                                 Выполнили:

Желтова Ольга

Баранова Виктория,

ученицы  9  класса

средней школы № 17 г. Ярославля

 

 

Научный руководитель:

заведующая библиотекой,

руководитель

историко-краеведческого

музея МОУ СОШ № 17

Русинова Наталья Александровна

 

 

 

 

 

 

 

 

Ярославль

2010

 

 

               Содержание

 

Ведение……………………………………………………………………………………….3

Основная часть

Глава 1. Последние дни мира……………………………………………………………….5

Глава 2.Начало войны………………………………………………………………………..7

Глава 3. Мария — партизанская связная………………………………………………………9

Глава 4. После войны…………………………………………………………………………12

Заключение…………………………………………………………………………………….14

Список литературы и источников…………………………………………………………….15

Примечания……………………………………………………………………………………..17

Приложения…………………………………………………………………………………….21

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

                   Введение

Каждое 22 июня возвращает нас в трагический 1941-й год, в Брестскую крепость. У стен Цитадели над Бугом, на пограничных заставах 17-го Краснознаменного пограничного отряда (КПО) и в полосе 62-го Брестского укрепленного района  началась дорога беспредельного мужества советских людей, защищавших свое Отечество. Здесь каждая пядь земли полита не только кровью воинов, но и кровью женщин и детей. Эта земля священна.

В Брестской крепости под вражеским огнем плавился металл, горела земля, но врагам не удалось сломить волю ее защитников. Более 50 жен, матерей и детей-подростков командиров Красной Армии Брестского гарнизона помогали им в неравной схватке с фашистами, 25 женщин участвовали в боях непосредственно на пограничных заставах. Среди них была жительница поселка Норское г.Ярославля Горбунова Мария Ивановна — ветеран 17 Краснознаменного пограничного отряда (КПО).

В Норском многие знали эту скромную молчаливую женщину, но мало кому было известно, сколько ей пришлось пережить. Несколько лет назад в школьный музей передали ее воспоминания, хранившиеся в профкоме Норского керамического завода:  Мария Ивановна несколько лет работала на этом заводе. Написаны они в 1995 году. Сколько боли, но и гордости  звучит в этих воспоминаниях, удивляешься,  что пришлось пережить этой хрупкой женщине. Разлука с мужем, плен, рабство у немецких фермеров, неоднократные проверки в НКВД. К сожалению, нет в живых Марии Ивановны, и уже не дополнишь ее рассказ.

Методы исследования: изучение личных документов, литературы о защите Бреста, интернет-сайтов по данной тематике, интервьюирование  людей, лично знавших Горбунову. К сожалению, в нашей работе не хватает личных фотографий Горбуновых. Мы связались с родными  Марии Ивановны, но они на контакт не пошли..

Цель работы — рассказать о судьбе защитниц Бреста на примере  Горбуновой Марии Ивановны. Задачи —  восстановить  биографию нашей героини, отразив горькие и радостные моменты ее жизни, показать первые часы войны глазами очевидцев,  борьбу 2 заставы 17-го Краснознаменного пограничного отряда с фашистскими захватчиками.

В книге кандидата исторических наук, доцента Гребёнкиной А.А., «Живая боль. Женщины и дети Брестского гарнизона»[1] повествуется о многих женских судьбах, но о Горбуновой упоминания нет. Нами изучен целый список литературы о защите крепости. В военных мемуарах «Буг в огне» выпущенной в Минске в 1965 году опубликованы воспоминания  Горбунова Василия Николаевича[2], но, к сожалению, жене он посвятил лишь несколько строчек. Немного больше рассказано о Марии в документальной повести С.Мартьянова «Первые залпы», посвященной подвигу Василия Горбунова.

Воспоминания Шамшутдиновой Раисы Романовны, зам. директора по связям с общественностью НКЗ, Чистяковой Валентины Павловны, 20 лет проработавшей с нашей героиней в детском садике № 116, помогли нам в исследовании.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

              Защитница Бреста — Горбунова Мария Ивановна

                  Глава 1. Последние дни мира.

В древней Брестской крепости[3] несли службу подразделения 17-го Краснознаменного пограничного отряда (КПО)[4], который охранял государственную границу протяженностью 182 километра вдоль реки Буг. 17-й Краснознаменный пограничный отряд занимал одно из ведущих мест среди частей Белорусского пограничного округа. На инспекторском смотре в декабре 1940 года отряд получил хорошую оценку по службе, огневой, тактической, строевой и политической подготовке. На первое января 1941 года 177 командиров и бойцов были отличниками, подлинными мастерами и энтузиастами пограничной службы.

Жены командиров Красной Армии делили с мужьями все тяготы и радости их службы. Большинство не работали, были домохозяйками, и у каждой почти по минутам расписано время для выполнения общественной работы.  Выполняли они ее как святую обязанность. Во всех воинских подразделениях активно работали общественные организации: делегатские собрания, женсоветы. Партийные организации воинских частей, направляя их деятельность, помогали проводить собрания женщин, заседания женсоветов, заслушивали их отчеты о практической работе. В свою очередь, делегатские собрания и женсоветы были верными помощниками партийных организаций в приобщении женщин к активной политико-воспитательной, организационно-хозяйственной, оборонно-спортивной и культурно-массовой работе.

Жили очень дружно между собой, особенно близкими отношения были с теми женщинами, мужья которых служили в одной части или в подразделении. Ходили вместе в кино, в театр. Маленьких детей смотрели по очереди. Многие жены командиров Красной Армии, вольнонаемные женщины, окончили курсы медицинских сестер, санитарок, сдали нормативы на получение значка «Ворошиловский стрелок».

Начальником 2 заставы 17 КПО был младший лейтенант Василий Николаевич Горбунов. Несколько фактов из его биографии, описание подвига, нашли в указанной Марией Ивановной книге  «Первые залпы»[5]. На начало войны Василий служил  на границе четвертый год. После учебного пункта с отличием окончил школу младшего комсостава. В  звании помкомвзвода  послан на шестимесячные курсы младших лейтенантов. Затем служил помощником начальника на одной из застав в самом центре Пинских болот. В сентябре тридцать девятого с боем участвовал в освободительном походе по Западной Белоруссии, потом встал вместе со всеми на Западном Буге, и был назначен начальником заставы здесь, в Новоселках.

Горбунов – был самым молодым начальником заставы во всем отряде и носил самое маленькое командирское звание. Но он понимал и любил военную дисциплину, учил этому подчиненных. На заставе под его руководством служило шестьдесят бойцов. Сколько ночей недосыпал, сколько раз по тревоге выскакивал, сколько сил тратил на обучение солдат. Жена Маша очень гордилась своим Горбуновым и радовалась за него, за то, что его уважали бойцы, что дела на заставе шли хорошо.

Они родились и выросли с ней в одной приволжской деревне —  Банево Рыбинского района Ярославской области,  неподалеку от Рыбинска.  Мария родилась 23 февраля 1918 года, Василий 1916 года рождения.  Вместе учились в школе, дружили. Потом его взяли в армию, а Маша, закончив педтехникум, поступила в Ярославский педагогический институт. Летом 1940 Василий   приехал домой в отпуск, они поженились и вместе уехали  в Новоселки.  Горбуновы снимали комнату в доме местных жителей Паневских  рядом с заставой.

Детей у них еще не было, и все дни Маша проводила на заставе, разучивала с пограничниками новые песни, ставила небольшие пьесы. Ездила вместе с ними на стрельбище, стреляла из боевой винтовки. Жизнь ее мало чем отличалась  от жизни брестских женщин-жен военных. Разница была лишь в том, что на заставе из женщин она была одна.

Уже за 2–3 месяца до войны наряды, приходящие с границы, все чаще докладывали о появлении немецких полевых войск на том берегу Буга. Напротив заставы и соседнего участков они строили дороги, в лесах и населенных пунктах сосредоточивали войска и технику. Вблизи границы появлялись офицеры, которые вели наблюдение за нашей территорией, и отмечали что-то на своих картах.

Субботний день 21 июня ничем не отличался от всех остальных мирных дней. Мужья, как обычно, утром ушли на службу, жены занимались своими проблемами. Вечером в Доме Красной Армии демонстрировался фильм, а затем были танцы. Казалось, все шло своим чередом, и никто не думал, что завтра на советских людей обрушится ураган смертоносного огня.

Из воспоминаний Горбунова[6]: «Вот и последний день перед войной. Завтра воскресенье. Пограничники гладили и чистили обмундирование, брились, играли в волейбол, шашки и шахматы. Любители-рыболовы пошли в залив. Тогда поймали столько рыбы, что ее хватило бы на неделю всей заставе. Все будто шло, как обычно. Но, теперь, кажется, что в тот вечер пограничники были задумчивы, прислушивались к каждому разговору, меньше увлекались играми, меньше было шуток и смеха». Маша сидела с пограничниками в беседке, негромко пела песни.

А около 22 часов наряд заметил, как какой-то мужчина подбежал к Бугу, бросился в воду и поплыл к нашему берегу. Вскоре он скрылся в зарослях кустарника. В 1964 году, занимаясь изучением событий на участке отряда в июне 1941 года,  было установлено  что человеком, принесшим  это страшное сообщение, был Иосиф Максимович Бадзинский,  владелец одной из трех мельниц в селе Старый Бубель. Иосиф Максимович служил в старой русской армии, участвовал в революционном движении 1917–1918 годов. Когда ему стало известно время нападения фашистских полчищ, он, не раздумывая долго — идти или не идти, взял косу и пошел к Бугу. Косцов гитлеровцы не трогали. Улучив момент, Бадзинский прямо в одежде бросился в воду. Фашистский пограничный патруль заметил его на середине реки, и открыл автоматный огонь. Иосиф Максимович притворился убитым, и благополучно достиг нашего берега, где был задержан пограничным нарядом.  Задыхаясь, проговорил: «Скорее к начальнику».

Пограничники вызвали тревожную группу, а на плечи Бадзинского, дрожащего от волнения и пребывания в воде, накинули теплую куртку. Он и рассказал начальнику заставы о грядущем начале войны.

Горбунов спросил: « Когда же они думают переправляться?» «Кажется, в 4 часа утра по вашему времени». Не поверив, командир задал прямой вопрос: «А ты не врешь? Возможно, они тебя подослали?» Из воспоминаний Василия Николаевича[7]: «Мельник с горечью посмотрел на меня, потом с какой-то внутренней гордостью выпрямился и сказал: « Я старый солдат русской армии, воевал еще в 1914 году, хочу помочь вам, русским. Они завтра идут на вас войной — вся Германия, верьте мне. Там осталась моя семья, мои внуки…»»

Глава 2.Начало войны.

2-я пограничная застава была поднята по тревоге за час до вторжения врага. Начальник заставы   Горбунов отдал пограничникам приказ занять огневые позиции. Поэтому, когда враг, обрушив на заставу огонь артиллерии и минометов, уничтожил здание заставы, личный состав ее не пострадал. Но артиллерийский и минометный огонь накрыл Новоселки. Запылала деревня. Метались в ужасе люди, выбежавшие из горящих домов. Во дворах, обезумев от страха, ржали лошади, мычали коровы. Плач. Крик. Шум.

Машу разбудил, как ей показалось, неслыханной силы гром. Дом ходил ходуном,  звенели стекла . Василий сумел добежать до дома предупредить жену. Маша торопливо оделась и выбежала вслед за мужем. Добежав до заставы, спрыгнула в окопы к пограничникам. Все время она была с ними: приносила воды напиться, перевязывала и перетаскивала раненых в блокгауз. «Я в течение всего боя перевязывала раненых пограничников, оказывала им возможную помощью поддержку. Муж был дважды ранен и контужен, я легко задета осколком в грудь. Силы были страшно не равны»[8].

«Женщины военных лет! Сколько тревог и страданий приняли ваши сердца! А сколько труда и невзгод легло, и дальше ляжет на ваши плечи! Ведь все, что делали раньше ваши мужья любимые, придется делать вам, и делать вдвое, а то и втрое больше. А сколько продлится все это, мы тогда, не знали» [9]— писал защитник Бреста Николай Аввакумов в книге «Первые залпы войны»». Из-под огня противника женщины выносили на себе тяжелораненых бойцов в укрытия, оказывали им медицинскую помощь, делили с нами тяготы обороны, н не думали о сдаче в плен[10].

В 5.40 над Бугом появилась дымовая завеса, и взмыли красные ракеты. Это фашисты дали свой сигнал.   Первыми встретили гитлеровцев Иван Сергеев, Владимир Чугреев и еще двое бойцов. По переправляющимся на лодках и понтонах немцам они открыли огонь. Через некоторое время на заставу прибежала собака. В ее ошейнике Алексей Ипполитов, проводник собаки, нашел записку: «Немец к границе подтянул большое количество войск, наводит переправу через Буг в двух местах. Мы вступили в бой. Будем драться до последнего патрона. Не вспоминайте лихом. Сергеев».

В своих воспоминаний Горбунов описывает гибель многих своих однополчан. Гитлеровцы замыкали кольцо вокруг Новоселок. Часам к 16 командиры отделений стали докладывать, что патроны на исходе, имеются убитые и раненые. Горбунов с политруком Леонтием Горбачевым решили прорываться в лес, что западнее местечка Волчин. В боевой характеристике действий[11] пограничных застав говорится: «В 18 часов 22 июня начальник заставы получил приказ от коменданта участка прорвать кольцо, вывести заставу и отходить к комендатуре. Начальник заставы Горбунов отдал приказ на прорыв вражеского кольца. Станковый и ручной пулеметы открыли огонь по автоматчикам, засевшим на мельнице. Огонь автоматчиков был подавлен. Застава начала отходить в направлении местечка Волчин[12]. Застава вела бой с противником в районе деревни Новоселки в течение 14 часов. За это время враг потерял более 300 человек убитыми и ранеными». Вместе с солдатами шла Мария Ивановна.

Возле Волчина — вновь схватка с врагом. В этом бою погибло немало защитников Бреста. Уже не было пулеметов, осталось 500–700 патронов,  на заставе перед началом боя их было 35 тысяч! «Где-то около 23 часов я был ранен. Кто из товарищей тащил меня с поля боя на плаще, — не могу вспомнить. Леонтий Горбачев погиб.  Горбачева, весельчака, танцора, сердечного человека, любили бойцы. Приходили к нему за советом и местные жители. Как сейчас вижу его блестящие, восточного разреза глаза, слышу украинскую речь. Он умел говорить  и по-киргизски, и по-казахски. Учился заочно, много читал, всегда помогал брату и сестре, которые жили в Ленинградской области. Жители Новоселок и Волчина говорят, что поздним вечером 22 июня видели его труп…» Василий и Леонтий дружили, Леонтий был женат на подруге Маши, их односельчанке[13].

В бою под Волчиным попала в плен Мария, а ее муж Василий, замполитрука  М. Д. Зинин и пять бойцов, раненые и измученные, пошли на восток догонять свои части. На пути движения им не раз приходилось вступать в бой с фашистами, но все семеро прорвались к своим. Долгих 14 лет Горбуновы не знали друг о друге, считая погибшими.

Глава 3. Мария — партизанская связная.

Марию  немцы пригнали в Волчин и бросили в подвал. В подвале уже сидели ее знакомые жены пограничников Болычева А.,Милославская В., Карпишко Е.. Все с детьми. До вечера сидели женщины, не зная о судьбе мужей, гадая, что с ними будет. Успокаивали друг друга и детей. Временами тихо плакали. Вечером солдаты  немецкой мотопехоты заставили женщин носить им воду. «Они уехали, а мы остались. Наших солдат нигде не было, бой удалялся все дальше. Я вернулась туда, где была 2-я застава. Не хотелось верить, что Красная армия не вернется. Я так была уверена, что это временное отступление, в таком духе  воспитана».

Квартира Горбуновых была разграблена немцами и Марию приютила в своем доме местная жительница Калихович А.С.. Все ждали возвращения Советской Армии. Но немцы продвигались вперед, гнали толпы пленных за реку Буг. Там, в Бубель-Луковиске был организован лагерь военнопленных. Горбунова вместе с местным жителем Яцкевич.П. помогали убежавшим советским солдатам переправляться через Буг, доставали им обмундирование и питание. Собрали самодельные радионаушники, по ночам слушали Москву. Новости неутешительные  – немцы у стен столицы. 2 июля 1941 г. первый секретарь ЦК КП(б)Б Пантелеймон Пономаренко сообщал Сталину: «В Белоруссии развернулось партизанское движение, например, в Полесской области каждое село, колхоз имеют партизанский отряд. Коммунисты оставлены нами на подпольной работе для организации и руководства. Оставлено, отобрано и послано около 1500 человек.

Заместитель народного комиссара внутренних дел Всеволод Меркулов отмечал в директиве от 27 июля 1941 г.: «Отряды и группы создавались в спешке, буквально за несколько часов, из лиц, которые друг друга не знают, не умеют обращаться с оружием, в частности, с гранатами и взрыввеществами… Для отрядов и групп не выделяются проводники из местных жителей, не выдаются карты и компасы… Отряды и группы инструктируются коротко, в результате чего они не получают достаточно ясного представления о том, что и как они должны делать… Вопросы одежды, питания совершенно не продумываются…» Тем не менее, партизанские отряды имени Чернака, Ворошилова, Чапаева, Фрунзе, Кирова, Суворова, Щорса Брестского партизанского соединения, имени Дзержинского, Пинского партизанского соединения и др.сражались против фашистских захватчиков.

В Новоселках был создан подпольный комитет, куда, кроме Горбуновой,  входили местные жители Калихович А., Паневский Т., Яцкевич Т.. Мария становится партизанской связной. Неоднократно просилась в партизаны, но ей отвечали отказом, мотивируя тем, что нужна здесь.

Как она пишет, было очень трудно и опасно, так как появилась жандармерия и солтысы-старосты. На временно оккупированной территории фашистские насильники чинили дикие злодеяния. Многие семьи командиров, расселившиеся в первые недели в деревнях под Брестом, были выявлены гитлеровцами и расстреляны. Подпольщиками в партизаны из города было выведено 38 семей командиров Красной Армии.  Они переправляли в лес сбежавших военнопленных, отступавших солдат, доставали питание, разные сведения, а  главное – оружие. К сожалению, Мария Ивановна пишет очень кратко, и мы не знаем подробности ее подпольной работы.

Кто-то выдал ее и в июне 1942,  арестованная жандармами, Горбунова отправлена в концлагерь Чернавчицы. К сожалению, сведений об этом концлагере мы нигде не обнаружили.  Туда же были помещены многие из жен офицеров комендатуры. Из воспоминаний: «У меня не было детей, и немцы гоняли  на дорожные работы бить камни. Возвращалась с опухшими, в кровавых цапинах, руками». Маленькая хрупкая девушка не оставляла мысли о побеге. Разговорилась с одной из офицерских жен, Кондратьевой, а та ее выдала. Машу посадили в Брестскую тюрьму, предъявив обвинение – связь с партизанами. Весь август провела Горбунова в заключение, но не оставляла мысли о побеге. Иногда заключенных гоняли на работу собирать ботву свеклы, которой их кормили. Стоял сентябрь.

Из воспоминаний: «Надсмотрщик ушел в другой конец, и я в лаз под колючей проволокой сбежала. До вечера просидела в кустах у болота, а ночью перебралась к жилью. Наутро у одной хаты увидела женщину. Подошла к ней и рассказала, что бежала из тюрьмы». Женщина оказалась русской, звали ее Зоя Березина. Она дала беглянке переодеться, хлеба и та ушла в Беловежскую пущу на поиски партизан.

Около недели блуждала в лесу, пока, наконец, недалеко от города Беловеж,  голодная, изнуренная, не попала к партизанам. Это было отделение партизанского отряда им.Дзержинского.  По данным Центрального штаба партизанского движения, на начало 1942 г. на всей оккупированной территории СССР насчитывалось 248 отрядов и групп, в которых [14]находилось 34,5 тыс. «народных мстителей», и большинство их действовало в Белоруссии Всего за время оккупации в Белоруссии вели боевые действия 1255 партизанских отряда, общей численностью 374 тысячи человек. По приказу БШПД была развернута разносторонняя работа среди населения. Выпускалась подпольная газета «Знамя победы», действовал подпольный межрайком партии и комсомола.

Партизаны отряда им.Дзержинского жили в суровых условиях, в землянках, часто впроголодь, оружия было мало. Здесь Мария нашла новую любовь, считая мужа погибшим, полюбила командира отряда. Кто он был, установить не смогли, это больная тема в семье сына Марии.

Основные задачи отряда — разведка, добыча питания и оружия. Нападали на небольшие отряды гитлеровцев. Пускали под откос поезда. Исключительно сильным было моральное воздействие крушения поездов на перевозимые войска фашистов, которые на себе испытывали диверсии, и видели на обочинах валяющиеся разбитые вагоны. Так, начало 1943 г. партизанами было ознаменовано переходом к массированным ударам по коммуникациям врага, в ходе которых боевые действия сочетались с минированием дорог и выведением их из строя на значительном расстоянии. В Белоруссии  такой стала операция под кодовым наименованием «Гранит», проведенная в январе 1943 г.

Из воспоминаний Горбуновой: «В 1943 партизаны разбили немецкий эшелон, но как оказалось, не с оружием, а с провизией и тряпками. Немцы оцепили лес. Недалеко от местечка Дмитровичи[15] мы попали в окружение».  Марию Горбунову и еще двух партизан — Галину Стадник и Николая Соловьева схватили немцы. В жандармерии Дмитровичей их бросили в подвал. Наутро вывели во двор. Здесь  были согнаны местные жителя, стояли немцы с автоматами, у выкопанной ямы  — жандармы с лопатами.  Партизаны приготовились к смерти, но никто из местных жителей их не опознал.  Так повторялось несколько раз. Это продолжалось неделю. «Каждый раз мы готовились к смерти. По истечении недели нас с Галей взяли на кухню, Колю — в конюшню. Мы мыли полы, таскали дрова, выполняли разные работы». К тому же,  как оказалось, Мария ждала ребенка.

Вскоре их вместе с местной молодежью вывезли в Германию на работу. Мария попала в Литовский город Тракай, к бауэру. В начале войны Латвия, Литва и Эстония подверглись немецкой оккупации в первую очередь. К тем, кто принял новую власть, немцы также поставляли бесплатную рабочую силу.

Горбунова доила коров, работала в поле. Рядом располагался лагерь советских военнопленных. Тайком Мария подготавливала их побег, доставала гражданскую одежду. Многие  с ее помощью сумели убежать из лагеря, вскоре убежала с ребенком от хозяина и Мария. Но путь на родину ее вновь прервался. «Меня поймали и посадили в тюрьму города Рессель как русскую парашютистку, в  одиночную камеру. Водили на допросы, били». Мария  держалась стойко, не признавалась ни в чем. Как она с ребенком выжила, представить трудно. Об этом факте из своей биографии она не пишет нигде. Шел 1944 год. После всех мытарств Горбунову направили на хутор Молдитен, к бауэру Лошанскому. В феврале 1945 всех пленных освободили советские войска.

Глава 4. После войны

На конфискованных лошадях Мария и те, кто был с ней, мчались на родину. Но ее испытания не закончились. «Много всего пережито в дороге, ведь еще шла война. Немного была переводчиком в тыловой части майора Некрасова. Домой приехала в марте. Меня вызвали в НКВД – «серый дом». У меня на руках был аусвайс, его забрали. Добрая душа посоветовала не говорить, что я попала в плен из партизанского отряда, и я молчала». Нельзя было об этом говорить, могли счесть за предателя. Мария обращалась везде, пришлось писать и в Москву.  Только после этого пришел положительный ответ, и паспорт Горбуновой выдали.

Было еще одно обстоятельство, которое вынудило Марию уехать из родных мест и поселиться в поселке Норское у дальней родни – ее сынишка Олег. Приходилось тяжело, помощи ждать  было не откуда, да и за спиной – злобные шепотки. Перебивалась на разных работах.  А   в 1955 случилось неожиданное  — Марию нашел муж Василий.

Вечером 22 июня он был ранен в руку и ногу, и оставшиеся в живых пограничники перетащили его в лес. Потом отступали, выходили из окружения. Как только зажили раны,  снова встал в строй. Принимал участие в Сталинградском сражении, во взятии Одессы, в штурме Измаила. Затем с боями прошел всю, Болгарию, Югославию, Венгрию и Австрию Румынию. День Победы встретил в югославском городе Загребе. Некоторое время служил в Берлине, затем вернулся в Россию и служил в армии еще долгих десять лет. В 1955, выйдя в отставку, приехал в родные места в звании капитана и тут узнал, что Мария жива. Кинулся на ее поиски. Любовь преодолела все сплетни. Родился еще сын – Борис, зажили дружно.

В 1956 году Ярославский кирпичный завод № 1 выстроил для  заводских ребятишек детский сад, и в 1959 Марию Ивановну пригласили  на должность заведующей. Выйдя на пенсию, долгое время работала на Норском керамическом заводе. Мария Ивановна Горбунова награждена медалью «За победу над Германией» и «За боевые заслуги»

В  апреле 1963 года при сборе материалов для своей книги писатель Мартьянов отыскал Василия Николаевича, и встретился с ним. «Мы, наконец, встретились. Это был мужчина невысокого роста, узкоплечий, даже хрупкий на вид, с немодно повязанным галстуком, в широких брюках, какие теперь уже давно не носят…Я жадно всматривался в лицо Василия Николаевича, вслушивался в его речь, приглядывался к манере держаться. Передо мной был человек внешне ничем не примечательный: глубоко запавшие глаза, широкий нос, множество глубоких морщин на лбу. Ему сорок шесть лет, и на висках уже серебрится седина. Многое пришлось пережить на своем веку этому сдержанному, скупому на слова человеку.

Часами бродили мы с ним в подмосковном весеннем лесу, и я все выспрашивал у него о Новоселках, о первом бое, о пограничниках, которыми он командовал. Горбунов рассказывал ровным глуховатым голосом, окая по-вологодски. Он оказался человеком прямым, даже резким: что было, то было, а чего не было, того не было, и нечего фантазировать![16]»

9 мая 1983 года 17 пограничному отряду исполнилось 60 лет и Марию Ивановну и Василия Николаевича вместе с другими ветеранами отряда, оставшихся в живых, наградили знаком «Ветеран 17 Краснознаменного пограничного отряда». А через 10 лет Горбунова поехала на юбилейную встречу ветеранов 17 КПО, но уже одна, муж умер.

Что было, то было… Нет уже в живых Василия Николаевича и Марии Ивановны, но неоценим их вклад  в дело Великой Победы.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Заключение

Все дальше в прошлое уходят от нас годы Великой Отечественной войны. Но время не властно над памятью. Подвиг советских воинов и их семей, первыми принявшими удар фашистских орд является образцом самоотверженного служения Отечеству, на котором должна воспитываться современная молодежь.

В Брестской области расстреляно: 158 048 человек, из них женщин — 69 202, детей — 44 953; повешено 23 человека, из них 3 женщины; сожжено 999 человек, из них женщин — 328, детей — 305; убито и замучено военнопленных — 38 858 человек; угнано в немецкое рабство — 30 008 человек, погибло во время воздушных бомбардировок 455 человек

. Судьбы членов семей командиров Красной Армии Брестского гарнизона и других воинских подразделений, боровшихся с фашистами в тылу врага, еще раз подтверждают, что война Советского Союза против Германии в 1941-1945 гг. по праву названа Отечественной.

За выдающуюся воинскую доблесть, массовый героизм и мужество ее защитников Брестской крепости было присвоено в 1965 году звание «Крепость-герой».

.Мы ознакомили вас с биографией одной из защитниц Брестской крепости Марии Ивановны Горбуновой —  свидетеля трагических событий первых дней и месяцев Великой Отечественной войны.  В исследовании на документальном материале ведется повествование о неизвестной  на ярославской земле судьбе  семьи начальника 2 заставы 17-го Краснознаменного пограничного  отряда.

О Горбуновых в ярославских СМИ мы не нашли никаких публикаций, поэтому сейчас, когда приближается трагическая дата -70 лет с начала Великой Отечественной войны воспоминания ее мужа,  ее неопубликованные воспоминания, особенно ценны для наших земляков, да и не только ярославцев.

Их героическая судьба не может не найти отклика в сердце каждого читателя. До сих пор судьбы людей, прошедших сквозь ад первых дней войны, болью отзываются в наших сердцах. Идут годы, но не меркнет в памяти людской подвиг тех, кто мужественно встал в суровом 1941 г. на защиту рубежей Родины.

 

 

 

 

 

 

 

 

         Литература и источники

                           Источники

  1. Горбунова, М.И. Воспоминания [рукопись]/М.И.Горбунова.- Ярославль,1995.
  2. Горбунова, М. И. Анкета участника Великой отечественной войны [рукопись]-Ярославль,1995.
  3. Учетная карточка работника Норского керамического завода
  4. Удостоверение ветерана 17 КПО [ксерокопия]
  5. Ходатайство об оплате проезда в Брест.
  6. Празднование 50-летнего юбилея Победы. Фотографии из архива музея СОШ № 17

                          Литература

  1. Аввакумов, Н. В. Первые залпы войны/Н.В.Аввакумов — Свердловск: Средне-Уральское кн. изд., 1991.
  2. Алиев, Р. В. Брестская крепость./Р.В.Алиев.-/ Воспоминания и документы .-: М:Вече, 2010 г.-  (Серия: 1418 дней Великой Войны) [online]   [Обращение к документу: 18 октября 2010]. Доступ через  http://lib.rus.ec/b/217280/read#t2,иллюстрации http://www.labirint.ru/screenshot/goods/248023/1/#16]
  3. Буг в огне. — Минск: «Беларусь», 1965. / А. А. Крупенников — начальник Музея; Т. М. Ходцева, подполковник запаса С. В. Маслюков — старшие научные сотрудники Музея; подполковник запаса Е. М. Синковский — зам. председателя Совета ВНО; подполковник запаса Д. И. Лозоватский — ученый секретарь Совета ВНО; полковник в отставке А. В. Залевский — председатель секции ВНО при Центральном Музее Вооруженных Сил СССР. Книга на сайте: militera.lib.ru/memo/russian/sb_bug_v_ogne/index.html В. Н. Горбунов. Как это было [39-47]
  4. Герои Бреста: Новые документы, свидетельства очевидцев / Сост. П. Н. Панасюк и др.; — Минск: Беларусь, 1991. — 320с.
  5. Данные Центрального штаба партизанского движения, [online]   [Обращение к документу: 18 октября 2010]. Доступ через http://jaroslav1156.vif20.ru/страницы/ot%20svaz.htm
  6.  История Брестской крепости: [online]   [Обращение к документу: 18 октября 2010]. Доступ через http://www.brest-fortress.by/?sec=2.-22
  7. КРАСНЫЕ ПАРТИЗАНЫ .Как это было в Западной Белоруссии

http://www.obd-memorial.ru/Image2/getimage?id=9601808

  1. Мартьянов, С. Н. Первые залпы [Текст]: докум. повесть / С. Н. Мартьянов. — М. : Мол. гвардия, 1965. — 128 с. — ( серии Честь, отвага, мужество)
  2. Мартьянов, С. Н. Первые залпы [online] [Обращение к документу: 18 ноября 2010]. Доступ через http://lib.rus.ec/b/229556. Добавлена: 29.10.2010 .
  3. 17-й Брестский пограничный отряд Управления пограничных войск НКВД БССР/ Форум Поисковых Движений [online] [Обращение к документу: 20 октября 2010]. Доступ через http://srpo.ru/forum/index.php?topic=841.225
  4. Попов, А. Ю. Деятельность органов госбезопасности СССР в гитлеровском тылу[online] / А.Ю.Попов./ Поклонимся великим тем годам.-2006.-26 августа.-№2. Доступ через http://www.a-lubyanka.ru/index.php?id=4&pub=27

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Примечания

К стр.4. История Брестской крепости

На месте нынешней Брестской крепости надбужскими славянами в далёкой древности было основано поселение Берестье. Впервые о нём упоминается в 1019 г. в «Повести временных лет».

В течение многовековой истории город не раз становился предметом раздора между киевскими, туровскими, галицкими, волынскими, литовскими князьями и польскими королями. Земли Берестья много раз переходили из рук в руки, входили в состав разных государств. Поэтому менялось название города: Берестье, Брест-Литовск, Брест-над-Бугом, Брест. После третьего раздела Речи Посполитой в 1795 г. (1-й – 1772 г., 2-й- 1793 г.) Брест-Литовск вошёл в состав Российской империи. Возникла необходимость укрепления новых рубежей России, для чего предполагалось возвести ряд крепостей вдоль западной границы.

В 1830 г. был утверждён план строительства Брест-Литовской крепости. 26 апреля 1842 г. Брест-Литовская крепость вступила в число действующих крепостей I класса Российской империи. Крепость состояла из Цитадели и трех обширных укреплений, образующих главную крепостную ограду и прикрывающих Цитадель со всех сторон: Волынского (с юга), Тереспольского (с запада), Кобринского (с востока и севера). С внешней стороны крепость была защищена бастионным фронтом – крепостной оградой (земляной вал с кирпичными казематами внутри) 10-метровой высоты, протяженностью 6,4 км и обводным каналом, заполненным водой. Общая площадь крепости 4 км2 (400 гектаров.

22 июня 1941 года в крепости дислоцировалось 8 стрелковых батальонов, 1 разведывательный, 1 артиллерийский полк и 2 артиллерийских дивизиона (ПТО и ПВО), некоторые спецподразделения стрелковых полков и подразделения корпусных частей, сборы приписного состава 6-й Орловской и 42-й стрелковой дивизий 28-го стрелкового корпуса 4-й армии, подразделения 17-го Краснознаменного Брестского пограничного отряда, 33-го отдельного инженерного полка, часть 132-го батальона конвойных войск НКВД, штабы частей (штабы дивизий и 28-го стрелкового корпуса располагались в Бресте), всего 7-8 тысяч человек, не считая членов семей (300 семей военнослужащих).

История Брестской крепости: [online]   [Обращение к документу: 18 октября 2010]. Доступ через http://www.brest-fortress.by/?sec=2.-22

К стр.4.  Из истории 17-го Краснознаменного пограничного отряда

19 января 1918 года в г. Ельня бывшей Смоленской губернии было начато формирование 2-го Западного стрелкового батальона 8-й стрелковой дивизии, основной задачей которого являлась подготовка молодых красноармейцев для пополнения действующих частей на фронтах гражданской войны.

май 1919 года — батальон был переименован в 1-й запасной стрелковый полк.

январь 1920 года  — 1-й  запасной стрелковый полк был  переименован в 13-й запасной стрелковый полк.

июнь 1921 года — с окончанием гражданской войны и переходом армии на мирное положение полк был переименован в 164-й стрелковый полк 55-й отдельной бригады ВОХР. Задача полка — несение охраны железных дорог и борьба с бандитизмом. Штаб дислоцировался в г. Гомеле.

июнь 1922 года — 164-й стрелковый полк переформирован во 2-й пограничный полк с задачей охраны Западных границ. Штаб полка дислоцировался в г. Слуцке.

январь 1923 года 2-й пограничный полк переформирован в 8-й отдельный пограничный батальон.

март 1923 года — 8-й  отдельный пограничный батальон переформирован в 14-й отдельный пограничный батальон.

июль 1923 года — 14-й отдельный пограничный батальон из г. Слуцка переводится в м. Тимковичи.

18  марта 1924  года 14-й  отдельный  пограничный  батальон  переименован  в 14-й пограничный отряд.

25 января 1925 года 14-й пограничный отряд переименован в 17-й пограничный отряд. Место дислокации отряда м. Тимковичи Копыльского района Минской области.

15 января 1932 года Постановлением Президиума ЦИК БССР пограничные войска ОГПУ БССР награждены орденом Трудового Красного Знамени БССР.

14 февраля 1936 года за героическую службу по охране западных рубежей Родины 17-й пограничный отряд награжден орденом Красного Знамени.

17 января 1939 года в результате освобождения Западной Белоруссии 17-й Краснознаменный Тимковичский пограничный отряд передислоцирован в г. Брест, где принял под охрану участок Государственной границы по реке Западный Буг протяженностью 182 км.

22 июня 1941 года — вероломное нападение фашистской Германии на Советский Союз. Участие пограничников отряда в первых боях на границе.

с 30 сентября по 8 октября 1941 года 17-й Краснознаменный пограничный отряд в районе г. Харькова переформирован в пограничный полк по охране тыла действующей армии.

9 сентября 1944 года в боях за освобождение города и крепости Измаил приказом Верховного Главнокомандующего Краснознаменному пограничному полку присвоено наименование «Измаильский».

15 октября 1945 года 17-й Краснознаменный пограничный полк был расформирован (г. Грац — Австрия).

17-й Брестский пограничный отряд Управления пограничных войск НКВД БССР

 Форум Поисковых Движений.[сайт] http://srpo.ru/forum/index.php?topic=841.225

К стр. 7. 1-я пограничная застава — старший лейтенант Кичигин. Сражались до 23 часов 22 июня. Из 63 пограничников 40 погибло. Уничтожили более 100 фашистов, прорвались из окружения.

2-я пограничная застава — младший лейтенант Горбунов. В 14.00 прорвались из окружения. Потеряли более 40 человек. Уничтожили до 300 фашистов.

3-я застава-старший лейтенант Михайлов. Четыре атаки отбили. В 7.00 заставу окружили. Вырвалось несколько человек.

4-я застава — старший лейтенант Тихонов. В 5.00 заставу окружили. В 6.00 застава сражалась. Никто не вышел.

5-я застава — младший лейтенант Богомол. В 7.00 на заставу из пограничной комендатуры прибыло 25 человек. В 9.00 застава отошла. Начальник заставы погиб и более 30 человек.

6-я застава — лейтенант Герасимовский. Оборонялись до 17 часов, и отошли.

7-я застава — лейтенант Трефилов. Оборонялись 8 часов, затем отошли.

8-я застава — старший лейтенант Сереветник. В 11.00отошли.

9-я застава — лейтенант Кижеватов. Никто не вышел.

10-я застава — младший лейтенант Шиков. Отбив атаки застава отошла.

11 -я застава — старший лейтенант Евдокимов. В 5.00 фашисты обошли заставу. Отошла на восток.

12-я застава — лейтенант Шарпатый. Заставу подкрепил батальон Красной Армии. Бой был до 19.00. Погибло более 22 пограничников. В 19.00 застава отошла на восток.

13-я застава — младший лейтенант Щеголев. Застава окружена. Большинство погибло. Вырвался заместитель политрука с пятью красноармейцами.

14-я застава. Ничего не известно.

15-я застава — лейтенант Иванов. Оборонялась до 12.00 часов и отошла.

16-я застава — лейтенант Баскаков. В 7.00 окружили. Сражались 6 часов. Погиб начальник заставы и заместитель по политчасти политрук Пшеничный. В 10.00 застава отошла.

17-я застава — лейтенант Вавашнев. В 13.00 отошли.

18-я застава — лейтенант Богданов. Данных нет.

19-я застава — лейтенант Стрелкин. Отошла.

20-я застава — старший лейтенант Манекин. Сражались 10 часов.

Штаб отряда с ротой связи в 70 человек и комендантским взводом в 30 человек отошел из Бреста в 8.00.

Не вышли штаб 3-й пограничной комендатуры с 3-й резервной и 9-й заставами, автотранспортная рота, саперный взвод отряда и сборы кавалеристов застав из крепости.

Судьба 3, 4, 5, 6, 7, 10, 12, 13, 14, 16, 18 линейных застав, 1 и 2-й резервных застав, штаба 1-й пограничной комендатуры неизвестна.

Из исторического формуляра 17-го Краснознаменного Измаильского пограничного отряда им. Ф. Э. Дзержинского (Брестский погранотряд)/ Форум Поисковых Движений [online]   [Обращение к документу: 20 октября 2010]. Доступ через http://www.forum.holonet.ru/archive/index.php/t-1220-p-3.html

К стр.8. ВОЛЧИН, деревня в Каменецком р-не Брестской обл. (Республика Беларусь). В 16—18 вв. — местечко Брестского воеводства в составе Речи Посполитой. С 1795 — в составе Рос. империи. В 19 — нач. 20 в. — местечко Брестского у. Гродненской губ. В 1920—39 — в Полесском воеводстве в составе Польши, в 1939—91 — в составе БССР. В Волчине более 50% населения были евреи .В 1941, после занятия В. герм. войсками, евреи В. были отправлены в гетто в Высоком, где расстреляны вместе с местными евреями 2 нояб. 1942.

ВОЛЧИН, [online] [Обращение к документу: 10 октября 2010]. Доступ через  http://www.rujen.ru/index.php/

К стр.8. ГОРБАЧЕВ ЛЕОНТИЙ ПЕТРОВИЧ.  Год рождения    1914.  Политрук, заместитель  начальника  2 ПЗ 17  КПО пропал без вести |Погиб 22.06.1941, Брестская обл. в р-не местечка Новоселки.

РГВА    Ф. 38650. Оп. 1. Д. 265 [online]   [Обращение к документу: 20 октября 2010]. Доступ через  http://www.obd-memorial.ru/Image2/getimage?id=9600379

«Он жил в доме у кузнеца Михаила Нестеровича Гордеюка. Занимал чистенькую комнатку, которая долгими зимними вечерами превращалась в настоящий клуб. Приходили деревенские парни и девчата, Горбачев играл на баяне, пел непонятные киргизские песни, рассказывал разные чудные истории. Смех, шум стоял здесь до поздней ночи. И заглядывалась на него хозяйская дочка Нина, красивая и добрая, да только он и в мыслях ничего не имел насчет нее.

А тут еще Маша Горбунова стала показывать ему фотографии своих подруг да нахваливать каждую. Приглянулась ему одна — тоже Мария. На фотографии она была снята в берете, с завитушками. Весной Горбачев взял отпуск и махнул к ней в Рыбинск. С пограничным приветом! Но вблизи не понравилась ему Маруся (фото есть фото), но зато приглянулась ему подруга Маруси, Надя. Через некоторое время Леонтий предложил ей руку и сердце. Девушка хорошая, учится в техникуме и тоже вроде влюбилась в него с первого взгляда. Поженились. Прожили три дня. А тем временем отпуск кончился, и он уехал на границу, договорившись, что, как только Надя закончит учебу, приедет к нему. Уже и деньги на дорогу ей выслал, вот-вот должна приехать…»

Мартьянов, С. Н. Первые залпы [Текст]: докум. повесть / С. Н. Мартьянов. — М. : Мол. гвардия, 1965. — 128 с.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ПРИЛОЖЕНИЯ

[1] — Гребёнкиной А.А., «Живая боль. Женщины и дети Брестского гарнизона» -РУП «Издательство «Беларусь», 2008.

[2] В. Н. Горбунов. Как это было.- Буг в огне. — Минск: «Беларусь», 1965. –С.39-47

[3] -см. примечания

[4] -см.примечания

[5] — Мартьянов, С. Н. Первые залпы [Текст]: докум. повесть / С. Н. Мартьянов. — М. : Мол. гвардия, 1965. — 128 с.

 

[6] — Горбунов, В.Н. Как это было [текст]/В.Н.Горбунов// Буг в огне. — Минск: «Беларусь», 1965. —C.39-47.

[7] — Горбунов, В.Н. Как это было [текст]/В.Н.Горбунов// Буг в огне. — Минск: «Беларусь», 1965. —C.39-47.

[8] — здесь и дальше :Горбунова, М.И. Воспоминания [рукопись]/М.И.Горбунова.- Ярославль,1995.

       [9] — Аввакумов,  Н. В. Первые залпы войны/Н.В.Аввакумов — Свердловск: Средне-Уральское кн. изд., 1991.

[10] — см.примечание

[11] -17-й Брестский пограничный отряд Управления пограничных войск НКВД БССР/ Форум Поисковых Движений [online][Обращение к документу: 20 октября 2010]. Доступ через http://srpo.ru/forum/index.php?topic=841.225

[12] -см. примечание

     [13] — см.примечания

  [14]-Данные Центрального штаба партизанского движения,   [online]   [Обращение к документу: 18 октября 2010]. Доступ через http://jaroslav1156.vif20.ru/страницы/ot%20svaz.htm

  [15] — Дмитровичи (белор. Дзьмі́травічы) — деревня на юго-западе Беларуси.

 

[16] — Мартьянов, С. Н. Первые залпы [Текст]: докум. повесть / С. Н. Мартьянов. — М. : Мол. гвардия, 1965. — 128 с.

 


Учитель физкультуры Ф.А. Скробин

В школе №17 много лет проработал учителем физкультуры участник Великой Отечественной войны Ф.А.Скробин. Что за человек был школьный физрук, всю свою жизнь отдавший Норской школе, следует сказать особо.

 

 

 

 

 

 

Родился Федор Александрович Скробин в Норском 3 марта 1923 года. Семья была большая, девять человек, но слыла дружной, работящей. Отец работал на фабрике «Красный перевал», мать суетилась по хозяйству. Феде не исполнилось и восьми, когда умер отец. После смерти главного кормильца семье пришлось не легко.

 

 

 

Бывало, перекусив ломтём чёрного хлеба, младшие ребятишки бежали на Сельский луг: выкапывали дикий лук, собирали в лесу ягоды и грибы.

Двое старших работали на мануфактурной фабрике, а Федя с братом Борей подрабатывали по выходным церковным праздникам в храме Михаила Архангела.

 

 

В 1938 году Федор закончил семилетку средней школы №- 17. В этом же году Скробин поступает в ФЗУ при Ярославском электромашиностроительном заводе, в 1940- м году оканчивает училище и работает на заводе по специальности слесаря- ремонтника 3- го разряда.

Через три месяца после объявления войны завод эвакуирован в Томск. Как и вся советская молодежь, Фёдор рвался на фронт, но в Томском военкомате слышал один и тот же ответ: «Понадобитесь – вызовем». 2 февраля 1942 года, пришла повестка, но не на фронт. Среди других призывников Фёдор Скробин зачислен курсантом ускоренного курса Асиновского военно-пехотного училища Томской области. Всю военную науку, вместо двух лет, надо было пройти за шесть месяцев.

Окончен курс, отправки на фронт ждали со дня на день.. 17 августа 1942 года запомнился Фёдору Скробину на всю жизнь — в этот день его принимали в комсомол.. Через несколько дней со станции Асино отправлялось в пекло отделение миномётчиков. Эшелон следовал на Волховский фронт.

Вагон потряхивало на стыках, казалось, дороге не будет конца. Фёдор снова и снова доставал из кармана комсомольский билет, любовался стальными корочками новенькой книжицы. Комсомольские билеты военного времени были цвета стали.

Скробин принял командование миномётным взводом. Шли ожесточенные бои. «КП» всё время просил огня. Никто уже не считал сделанных залпов. Казалось, люди не выдержат, нет уже сил, чтобы пробежать два километра от позиции, взять 16 – килограммовую мину и вернуться назад. Атака следует за атакой, гибнут товарищи.

«Братишки, — только и мог сказать Фёдор солдатам, многие из которых годились ему в отцы, — надо выстоять, это приказ. Огонь! За Ленинград, за всех погибших, за наших товарищей. «Гимнастёрка вся пропиталась потом и его единственный страх был, как бы не испортился комсомольский билет, хранящийся вместе с письмами и фотографиями родных у самого сердца.

Слайд 8. Весь сентябрь шли яростные бои. Туманное и слякотное утро 10 сентября. Командиру взвода Фёдору Скробину поступил приказ придти на помощь товарищам, попавшим в окружение гитлеровцев. С ним пошли добровольцы. После артподготовки Скробин поднял солдат в атаку. С яростными криками бросились они на врага. Взрыв бросил Фёдора на землю, померкло сознание. Очнувшись, увидел знакомого солдата. Сам раненый, тот старался помочь командиру: «Ничего, браток, прорвёмся!», Федор, стиснув зубы от боли, руками, старался продвинуться вперёд неподвижное тело. Вновь всё помутилось.

Слайд 9. Очнулся в госпитале, в окружении людей в белых халатах, потеря крови критическая. Сколько же раз он потом терял сознание, обретая его ненадолго, то на операционном столе, то в палате. Но молодость победила — Скробин остался жив. Много раз Фёдора переводили из госпиталя в госпиталь, перенесено шесть операций, не действовали ноги.

Был признан негодным для прохождения дальнейшей службы, вернулся домой инвалидом.

Слайд 10. По направлению райвоенкомата пришёл работать в школу №- 17

г. Ярославля преподавателем военного дела. Некоторое время спустя Фёдор окончил курсы учителей физкультуры, стал преподавать по этой специальности. Ученики полюбили уроки физкультуры, под руководством Скробина работали гимнастические кружки, организованы лыжные курсы, проходили спортивные массовые мероприятия. Всеми его помыслами завладела школа.

Семнадцатая школа. Это в Норском,

И школы нет на свете мне родней,

Когда я проезжаю мимо школы,

Я голову склоняю перед ней. (Выпускник школы Борисов А.В.)

Слайд 11. Фёдор Александрович в родной школе и любовь свою встретил- отдал он своё сердце круглолицей Шурочке Кузнецовой – Александре Николаевне, учительнице школы. Александра Николаевна также всю жизнь проработала в школе №17. Ученики помнят её до сих пор..

Мы помним всех своих учителей,
Хотя и сами уж почти седые.

На свете нет богаче и щедрей,
Чем эти люди, вечно молодые

Ценили Скробины редкие дни и праздники, проведённые вместе. Фёдор Александрович своей живостью, юмором, заводил всех. Пел хорошо и плясал, одна его «цыганочка с выходом» чего стоила. А если вспомнить, что он мог лишиться ног…

Слайд 12. Семью Скробиных любят, уважают в поселке. Они воспитали двоих сыновей. Один из них продолжил учительскую традицию – Александр Федорович работает учителем в школе-интернате №10.Продолжают её и внуки. Внучка Татьяна работает учителем в родной школе деда.

Слайд 13. В школе учились ребята из сёл и деревень близ Норского. Лыжи были тяжёлые, с креплениями на валенки. Но в городских, областных, зональных соревнованиях не подводили ребята своего учителя, почти всегда возвращаясь с победой.

2-й Лыжи звенят на упругом снегу,
Птицы, поднявшись, над просекой вьются,
Елки, дубы позади остаются…
Ветер… Я следом за ветром бегу

 

1-й Вниз, под уклон, только ветер в ушах!
Холод и страх овладеть не сумеют
Тем, кто горячее сердце имеет,
Крепкие нервы и силу в руках.

Слайд 14. С лёгкой руки Скробина его ученики поднялись на вершину Олимпа. В трех зимних Олимпиадах стал олимпийским чемпионом Павел Колчин, легенда лыжного спорта, выпускник 1947 года.

В командной гребле на ялах в Олимпиаде 1960 года в Риме, становится призёром Олег Александров. Выпускник 1959 года Валерий Тараканов чемпион мира, участник трех олимпийских игр.

Слайд 15. Где бы ни выступали ученики Фёдора Александровича, каких бы успехов не добивались, но, вернувшись в родные места, обязательно шли в скромную квартиру своего первого тренера — рассказать новости, посоветоваться, поговорить о будущем. Особенно тесно общались Скробины с семьёй Валерия Тараканова. Был Валерий в семье своего учителя, как родной, всеми радостями и горестями делился. В 1964 году, перед своей первой зимней Олимпиадой в Инсбруке, Валерий приехал к учителю.

Слайд 16. «Не дрейфь, Валерка» — напутствовал тот спортсмена. – «Как приедешь на Олимпиаду, первым делом к Павлу подойди, привет ему от меня передай, он поможет!». Неудачной была та Олимпиада. Лишь через четыре года, открывая свежий, газетный лист «Советского спорта» Скробин воскликнул: «Я знал, что это случится!» Тогда, в Ворохте, Валерий выиграл первую медаль чемпиона Советского союза, а вскоре в Высоких Татрах стал и чемпионом мира. Этот год стал счастливым и для Фёдора Александровича.

Слайд 17. О своем учителе Колчин сказал так: «Благодаря Федору Александровичу я унес из своей школы больше, чем спортивные разряды, — жажду спорта». (статья Колчина «Жажда у ручья .Советский спорт, 1969 г.)»

А это слова из Поздравительной телеграммы к 55-летию Ф.А.Скробина. «Федор Александрович! Вы открывали дорогу в будущее сотням учеников, которые являются строителями нашей Родины. Я сердечно благодарю Вас за огромный тридцатипятилетний путь в физическом воспитании достойного Вами поколения в большом спорте. Желаю Вам творческого пути на заслуженном отдыхе. С уважением Колчин Павел.

Слайд 18. В апреле 1970 года учитель и его ученики встретились в Москве. Читаем небольшую заметку в «Советском спорте»: «Вчера герои спортивной зимы-70 были гостями Центрального комитета ВЛКСМ. Они пришли в конференц-зал счастливые гордые тем, что оправдали доверие Родины. Горячими аплодисментами встретили собравшиеся чемпионов мира по спортивным танцам на льду Л.Пахомову и А.Горшкова, приехавших на встречу прямо из Дворца бракосочетания. Молодожёнов тепло поздравил Е.М.Тяжельников, и первым вручил им Почётные грамоты ЦК ВЛКСМ. Вслед за ними награды комсомола получили чемпионы мира Т.Кулакова, А.Оленина, Н.Фёдорова, В.Веденин, В.Тараканов…, В.Харламов, чемпионы мира и Европы И.Роднина и А.Уланов… Почётными грамотами награждены и тренеры П.Колчин, В.Кузин…, учитель физкультуры школы №- 17 г. Ярославля Ф.Скробин». Чемпионы мира и Европы и рядом с ним в Кремлевском зале простой школьный учитель.

 

 

Слайд 19. Старые раны всё чаще напоминали фронтовику о себе

Отгремели войны, отгремели,
Но болят еще на сердце раны.
Поседели, ох как поседели,
Войн былых России ветераны

26 апреля 1998 года Фёдора Александровича не стало.37 лет, до единого мгновения были отданы родной школе. Имя учителя, в 1960 году занесено в Книгу Почёта города Ярославля, его деятельность отмечена шестью медалями, знаком «Отличник физической культуры», 35 дипломами и грамотами.

Слайд 20. Ученики Скробина разлетелись во все концы России, стали заслуженными мастерами спорта, тренерами, судьями международного класса, многие избрали нелёгкую стезю учителя физкультуры.

Неоднократный чемпион мира и участник нескольких зимних Олимпиад Валерий Иванович Тараканов в 1973-м уходит на тренерскую работу. Он долгое время был главным тренером Вооруженных сил по зимним видам спорта. В настоящее время Валерий Иванович работает в спорткомитете ЦСКА. Выпускник 1959 года Николай Владимирович Русинов – доцент кафедры физвоспитания Новосибирского университета, судья республиканской категории. Судит все чемпионаты России по волейболу среди мужских и женских команд высшей лиги группы «А» и «Б» в должности главного судьи. Он автор книги о правилах соревнований по волейболу выпущенной в Барнауле в 2005 году.

Слайд 21,22. Более 30 лет отдал родной школе ученик Ф.А.Скробина Костерин Николай Константинович. Воспитал немало талантливых спортсменов. Среди них олимпийская чемпионка летней Олимпиады в Пекине 2008 года Постнова Людмила.

Константин Дмитриевич Потемкин — тренер лыжной секции при школе №17, в которой занимались выпускники последних лет Юсупов Максим, Александра Лебедева, Оксана Морданова — участники всероссийских первенств по лыжным гонкам, неоднократные чемпионки областных спартакиад по лыжам, в том числе и на приз Валерия Тараканова. Сейчас они студенты факультета физвоспитания Ярославского педагогического университета им. К.Д.Ушинского.

Слайд 23. Каждый год в поселке Норское проходят лыжные соревнования, посвященные памяти Ф.А.Скробина. А в Павловском парке и в Дёмино- соревнования на кубок его ученика В.Тараканова. В школе №17 помнят Ф.А.Скробина. В 2009 году на основании архивов музея школы №17, воспоминаниях родственников и коллег, была создана исследовательская работа «Школа №17- кузница олимпийских кадров»- научный руководитель Русинова Н.А., которая была представлена Кирсановым Сашей, учеником 9а класса. Работа стала призером областной конференции «Открытие» и участвовала в Российской конференции с тем же названием.

 

Слайд 24.Любимому учителю многих поколений выпускников посвящены эти строки:

Не жалейте слов красивых

Для того, кто заслужил,

Кто не раз ребят счастливых

В жизнь по тропке выводил!

2-й Он вселял в них дух победы

На лыжне, при спуске с гор,

Забывая раны, беды,

Нерешённый личный спор.

1-й Не искал себе покоя-

Не в характере твоём.

В трудный час ты говорил нам:

«Ведь один лишь раз живём!»

2-й Много сил отдал ты спорту,

Уважали все тебя,

И вдвойне, как педагога

Славит древняя земля. (В.П.Божков)


Дневник Юры Горбачева

В нашем филиале накоплен большой краеведческий материал по истории поселка Норское. Сегодня мы расскажем о судьбе вчерашнего школьника, бойца 234-й Ярославской коммунистической дивизии, Юре Горбачёве и его дневнике.

Весь материал основан на семейных архивах жителей и краеведческого музея школы №17 г. Ярославля, воспоминаниях, интервью.

Вспомним сегодня то страшное явление, которое зовётся коротко «война». Войн на земле было много, да и сейчас они не прекращаются. Мы вспомним о войне, которая не зря зовётся Великой. Сколько горя она принесла, сколько унесла человеческих жизней. В те годы весь шар земной был в тревоге. Но больше всего досталось детям.

Часто — в ту военную пору – это были дети – маленькие, слабые, беззащитные. Сколько мужества и героизма они проявили, встав вровень со взрослыми на защиту нашей страны. Дети принимали участие в сражениях, воевали и в партизанских отрядах, и в тылу врага. Многие погибли.

 

Большая тетрадь в серых корочках лежит в школьном музее. Рядом фото светловолосого мальчика. «Дневник Юры Горбачева»- написано под экспонатами, «Дневник обыкновенного человека» — наискось брошено посередине титульного листа.
В дневнике написан адрес – улица Некрасовская, 24. Мирную жизнь оборвала война. С пожелтевших страниц предстают первые дни военного Ярославля и жизнь жителей посёлка в грозные дни военного лихолетья. События первых дней войны, обучение в военном лагере солдат Ярославской коммунистической дивизии, записанные рукой очевидца, интересны, как мы думаем, всем.

Родился Юра Горбачев в 1923 году в деревне Горшково под Угличем. Маленького Юру мать, Ольга Тимофеевна, увезла в Норское, на свою Родину, здесь он пошел в школу, обзавелся друзьями. Какой же он был в детстве?

Играл с приятелями на старом кладбище возле церкви Михаила Архангела в «казаки-разбойники», причем верховодил, несмотря на маленький рост. Брат матери, живущий в Ростове, был командиром Красной армии и как-то подарил ему буденовку. С осени и до весны, не снимая, носил Юра дорогой подарок, мечтал также стать командиром.

Внешне веселый, немного разбитной, прекрасно танцующий и отбивающий девчонок у приятелей. Юра – активист, состоит в комитете комсомола, в учкоме, вникает во все школьные дела.

В душе мечтатель, любящий природу, жаждущий чистой любви и подвигов в душе, пишущий стихи.

 

Строки из Дневника Юры: «7 июня. Кончил 9 классов и мне уже идет восемнадцатый год…Скоро восемнадцать, совершеннолетие. Могу быть самостоятельным. Постараюсь поступить в хорошую военную школу, хотя многие пугают военной дисциплиной. Быть командиром, настоящим командиром Рабоче — Крестьянской Красной Армии – вот моя мечта. Теперь моя ближайшая задача – кончить десять классов, и кончить как можно лучше, большинство предметов на «отлично».

Но мечте не суждено было сбыться.

 

 

26 июня Юра на представлении в театре имени Волкова: «Сейчас начнется опера «Евгений Онегин». Прозвенел третий звонок. На сцене появляется секретарь областного ВКП/б/, произносит краткую речь, затем ансамбль имени Станиславского исполняет патриотические песни. Опера произвела на меня сильнейшее впечатление. Время 00-05, на улицах нет ни огонька, город кажется вымершим. Смолкли гудки пароходов, заводов и фабрик. Всюду вооруженные патрули с противогазами».

Юра рвется на фронт. В Дневнике Юра писал: «Встретил друзей Вову и Васю, они поступили в авиационное училище, решил идти туда же». Стремительно взрослели школьники, становясь, порой единственной опорой матери, оставшейся без кормильца.

Ребята становились на место отцов к станкам, работали в колхозах, стояли в длинных очередях за хлебом.

Учителя и ученики собирали средства в помощь фронту :несли одежду, книги, ценности, деньги.

Девочки шили и вышивали кисеты, обвязывали и украшали вышивкой платочки, вязали перчатки с двумя пальцами (чтобы бойцам удобно было стрелять) и все это отправляли на фронт.

 

 

 

 

Снег осенью 41-го выпал необычайно рано, в Норском уже 15 октября лежал густым покровом, а уже в ноябре начались бомбардировки Ярославля. Юра написал в дневнике:«10 ноября. 20 часов 43 минуты. Началась воздушная бомбардировка. Взрывы авиабомб и орудийные выстрелы слышны были в течение 45 минут.

Во время тревоги над Ярославлем вспыхивало зарево от разрыва бомб и орудийных выстрелов. Все жители нашего дома вышли на улицу, слышались оханья, плач. Это уже вторая по счету бомбардировка. Первая была 6 ноября. Бомбы сброшены на Московский вокзал и привокзальный район, а так же на Всполье. Были разрушены жилые здания, среди населения имеются убитые и раненые. На Московском вокзале бомба попала в зал первого класса».

 

 

 

12 ноября 1941 года в 6 часов утра принесли повестку и Юре Горбачеву. Из Дневника Юры: «13 ноября. Пишу в вагоне, едем неизвестно куда. Настроение у всех хорошее. Играли в карты, но постепенно стал одолевать сон. Стоим в Нерехте. Вышли на станции Костышино».

В Дневнике Юра пишет: «Сегодняшнюю ночь спали в бараке на нарах, на голых колышках, было очень холодно, часто просыпались. Пишу сейчас на коленях, в бараке тесно, нары переполнены. Только что принесли солому». Из соломы делали тюфяки и подушки. Занимались строевой тактической подготовкой, изучали оружие. Занятия шли весь день, от рассвета до заката, использовался буквально каждый час. Вот и началась суровая армейская жизнь. Подъем в 5-30, в 23-00 отбой. Устается. Грязь и холод, но ничего не поделаешь, приходиться переносить, потому что настало время суровых испытаний. Выдержим».

29 ноября дивизии, в которой служил Юра, был присвоен 234-й номер. До этого времени ее называли просто Ярославской коммунистической. В конце ноября она стала 234-й стрелковой дивизией. Из Дневника: «30 ноября. Вот так и живем. 20-го даже слов «сегодня» не успел дописать, команда «стройся»! И не было свободного времени до сегодняшнего дня, а изменений произошло много. Командую отделением, пока ничего, выходит. Выбрали на дивизионную конференцию ВЛКСМ и в бюро полка.

На этом записи в дневнике обрываются. В конце декабря – начале января части соединения выехали на фронт. 3 января 1942 года 1350-й стрелковый полк отправлялся на фронт. 5 апреля 1942 года в боях за деревню Милютино Смоленской области погибла вся четвертая рота, в которой служил Юра Горбачев. Ярославцы отбили множество жестоких атак, сражались до последнего вздоха. Ровно через два месяца Юре исполнилось бы 18.

 

 

«Они легли на поле боя,
Жить начинавшие едва.
И было небо голубое,
Была зеленая трава.
Они прикрыли жизнь собою –
Жить начинавшие едва…»

(Р.Казакова)


Художница Александра Харламова-Сибрина

 

 

В Ярославле создан портрет бабушки Александра Невского. Её сын заложил Успенский собор в Ярославле, а внук победил немецких рыцарей на льду Чудского озера. Мужчины из рода великой княгини Марии Владимирской известны любителям отечественной истории куда лучше, чем она сама. Что ж, во времена средневековья на Руси слабый пол как правило оставался в тени. А ведь женщина была выдающаяся во всех отношениях. Ярославская художница Александра Харламова-Сибрина попыталась представить себе, как могла выглядеть княгиня Мария.

Бабушка Александра Невского, кровная родня царицы Тамары и мать 12 детей, 8 из которых были князьями и вошли в святцы российской истории. Так или не совсем так могла выглядеть княгиня Мария, нам сегодня судить трудно. Но ярославская художница Александра Георгиевна Харламова-Сибрина видит ее такой.

Средневековая культура к женщине не очень благосклонна, женские имена можно пересчитать по пальцам, не говоря уж об изображениях. Княгиня Мария сумела в ней оставить след. Красавицу-осетинку ее муж Всеволод заметил при дворе грузинской царицы Тамары. На Руси она строила церкви и рожала детей. Поэтому мужа княгини Марии и прозвали Всеволод Большое Гнездо.

Место ее погребения во Владимире зовут Княгинин монастырь. Она почитаемая владимирская святая. Один из сыновей, Константин, заложил в Ярославле знаменитый Успенский собор.

Автор живописной реконструкции, Александра Харламова-Сибрина, историческим портретом увлеклась недавно, новая работа «Князь Ярослав» — для краеведческого музея Некрасовского района. Этот жанр особенно сложен, он требует не столько достоверности, сколько работы с книгами и архивами.

Сейчас закончено новое полотно — для музея «Фабричных Волковых». Здесь уже никаких домыслов — все реалии таковы, как в жизни. И хотя ее героини часто не имеют возможности позировать, художница творчески работает с фотографией. Сейчас в планах живописца большая многофигурная картина, опять же на исторические темы.

 


Рубрики

ПОМОЩЬ

Если пазл вообще не отображается, то вам следует установить/обновить Флеш-плеер для вашего браузера на сайте get.adobe.com
*****************************************
Если одновременно передвигаются сразу несколько пазлов, то обновите страницу кнопкой F5 и дождитесь полной загрузки страницы.

*****************************************
Чтобы увидеть подсказку, наведите мышкой на знак вопроса в левом верхнем углу.
*****************************************
Чтобы пройти этот пазл ещё раз, обновите страницу кнопкой F5.
******************************************
Для удобства вы можете настроить экран монитора одним из следующих действий: нажать клавишу F11 для выхода в полноэкранный режим и повторно, чтобы вернуться.

Или отрегулировать масштаб одновременным нажатием кнопок Ctrl-, Ctrl+, или Ctrl 0.

×

Запись на мастер-классы









×

Продлите книги через эту форму или позвоните нам по телефону 57-94-24








Нажимая на кнопку "Продлить книги", вы даете согласие на обработку ваших персональных данных
×